Договор представительства в арбитражном процессе

Представительство в арбитражном процессе по агентскому договору

(Сметанников А. Е.) («Налоги» (газета), 2006, N 18) Текст документа

ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВО В АРБИТРАЖНОМ ПРОЦЕССЕ ПО АГЕНТСКОМУ ДОГОВОРУ

А. Е. СМЕТАННИКОВ

Сметанников А. Е., главный юрисконсульт ОАО «ОУК Южкузбассуголь».

В последнее время в некоторых арбитражных судах появилась практика представления интересов лица, чьи права или интересы предположительно нарушены на основании заключенного с этим лицом агентского договора. При этом агент выступает в судебном процессе от своего имени. Это обосновывается тем, что по агентскому договору агент вправе совершать юридические действия для исполнения поручения принципала от своего имени. Согласно ст. 1005 Гражданского кодекса РФ по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала. По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от своего имени и за счет принципала, приобретает права и становится обязанным агент, хотя бы принципал и был назван в сделке или вступил с третьим лицом в непосредственные отношения по исполнению сделки. Со ссылкой на агентский договор агент от своего имени подает исковое заявление в арбитражный суд с требованием удовлетворить заявленные им исковые требования. Арбитражный суд принимает указанное исковое заявление, возбуждает производство по делу и начинает судебное разбирательство. Подобная практика наблюдалась в Арбитражном суде Московской области по делу N А41-К1-1948/03 , когда по исковому заявлению агента было возбуждено производство о понуждении ответчика предоставить встречное исполнение обязательства. Как следует из материалов дела, спорное правоотношение возникло из договора, по которому ответчик ненадлежащим образом исполнил свои обязательства по поставке угля перед принципалом — ОАО «Малаховский экспериментальный завод». ——————————— Архив Арбитражного суда Московской области.

Для совершения юридических действий, направленных на понуждение к исполнению шахтой своих обязательств агент на основании заключенного с ОАО «Малаховский экспериментальный завод» агентского договора от собственного имени обратился с исковым заявлением в арбитражный суд. Исковое заявление было принято Арбитражным судом Московской области и дело назначено к судебному разбирательству. В ходе судебного разбирательства было установлено, что дело неподсудно Арбитражному суду Московской области, в связи с чем оно было передано по подсудности в Арбитражный суд Кемеровской области. Проанализируем правомерность и допустимость представления интересов лица, чьи права и интересы были предположительно нарушены агентом путем подачи от своего имени искового заявления. В соответствии со ст. 4 Арбитражного процессуального кодекса РФ только «заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов». Пунктом 2 ст. 44 Арбитражного процессуального кодекса РФ предусмотрено, что истцами являются организации и граждане, предъявившие иск в защиту своих прав и законных интересов. Из этого следует, что предъявлять иск может только лицо, чьи права или интересы нарушены, и никакое другое лицо; таким правом не обладает и агент. По мнению заведующей кафедрой гражданского процесса Томского государственного университета профессора Г. Л. Осокиной, в качестве сторон процесса по конкретному гражданскому делу могут выступать только действительные или предполагаемые субъекты спорного материального правоотношения как носители (обладатели) спорных прав и обязанностей . ——————————— См.: Осокина Г. Л. Гражданский процесс. Общая часть. М.: Юристъ, 2003. С. 149.

Стороны судебного процесса характеризуются тем, что как обладатели спорных прав и обязанностей носители противоположного юридического интереса всегда действуют от собственного имени. Судебные представители, в том числе законные, истца и (или) ответчика действуют в процессе не только в интересах сторон, но и от их имени, т. е. от имени тех лиц, которые предполагаются субъектами прав и юридических обязанностей . ——————————— См.: Осокина Г. Л. Там же. С. 152.

По действующему арбитражному процессуальному законодательству допускается в определенных законом случаях защищать от своего имени чужие права и законные интересы. Так, в соответствии со ст. 52, 53 Арбитражного процессуального кодекса РФ прокурор, государственные органы, органы местного самоуправления и другие органы вправе выступать от своего имени, но в защиту интересов других лиц. В этом случае они являются процессуальными истцами, которые хотя и не являются субъектами спорного материального правоотношения, тем не менее в силу прямого указания закона имеют право от своего имени требовать от суда защиты чужого права или интереса. Таким образом, единственным основанием участия в деле государственных органов, органов местного самоуправления, организаций и граждан в качестве процессуальных истцов является прямое предписание закона. Частью 4 ст. 59 Арбитражного процессуального кодекса РФ предусмотрено, что дела организаций ведут в арбитражном суде их органы, действующие в соответствии с федеральным законом, иным нормативным актом или учредительными документами организаций. От имени ликвидируемой организации в суде выступает уполномоченный представитель ликвидационной комиссии. Из этого следует, что в арбитражном процессе за некоторым исключением допускается представление интересов лица, участвующего в деле, непосредственно от его имени, а не от имени представляемого. Рассмотрим еще одну ситуацию, когда ответчик в процессе судебного разбирательства заключает агентский договор с какой-либо организацией на совершение ею от своего имени юридических действий в суде в пользу ответчика. Если следовать логике представления интересов стороны по делу другим лицом от ее имени, то суд должен будет произвести замену ответчика на агента, и в случае удовлетворения иска, обязанным исполнить решение будет агент, так как суд не вправе принимать решение о правах и обязанностях лица, не участвующего в деле. Если агенту будет отказано в удовлетворении исковых требований, то принципал вправе повторно сам обратиться в арбитражный суд с аналогичным иском или заключить агентский договор с другой организацией, которая обратится с теми же исковыми требованиями в суд. В этом случае арбитражный суд не вправе будет прекратить производство по делу на том основании, что уже имеется вступившее в законную силу решение по иску с таким же предметом и основанием, так как спор будет уже между другими лицами. На основании вышеизложенного можно сделать вывод о том, что если лицо (агент) обращается в арбитражный суд от своего имени, но за защитой чужого нарушенного права, то в силу ст. 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации такое дело не подлежит рассмотрению в арбитражных судах, поэтому суд, руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 150 АПК РФ, должен прекратить производство по делу. Предметом агентского договора является возмездное оказание посреднических услуг . В арбитражном процессе предусмотрено и допускается именно представительство, а не посредничество от своего имени. Действуя от собственного имени, агент не является представителем принципала. ——————————— Гражданское право. Учебник. Часть 2 / Под ред. А. П. Сергеева, Ю. К. Толстого. М.: Проспект, 1998. С. 577.

Как указано в ч. 5 ст. 59 Арбитражного процессуального кодекса РФ, представителями организаций в арбитражном суде могут быть только адвокаты, руководители организаций, а также лица, состоящие в штате указанных организаций. Необходимо особо отметить тот факт, что агент от имени принципала (лица, участвующего в деле), по доверенности вправе представлять в арбитражном суде интересы индивидуальных предпринимателей, а также выступать как адвокат, с которым заключен агентский договор на представление интересов лица, участвующего в деле.

Представительство в Арбитражном суде

Так сложилось, что порой даже бесспорные ситуации не разрешаются путем переговоров и единственной возможностью доказать свою правоту или получить причитающееся, является подкрепление своего мнения судебным актом. Не зная процессуальных правил сделать это бывает крайне затруднительно, а иногда и невозможно. Еще более осложняется ситуация спором, в котором правота одной из сторон не очевидна. В этом случае, помочь выстроить правильную линию судебной защиты может юрист, имеющий не только хорошие теоретические знания, но и разносторонний опыт участия в рассмотрении экономических споров по различным основаниям. Юристы нашей компании оказывают услугу представительство в Арбитражном суде.

Представительство в суде подразумевает, прежде всего, оказание квалифицированной юридической помощи на любой стадии арбитражного процесса. Предопределяющим фактором рассмотрения любого судебного дела является оценка обстоятельств и доказательной базы. Правовая оценка спорных правоотношений и перспектива рассмотрения того или иного судебного дела осуществляется нами до заключения договора и в краткой форме излагается клиенту.

Стоимость представительства в арбитражном суде

Политика ценообразования на услугу представительство в Арбитражном суде позволяет привлекать наших специалистов с их личным участием или дистанционно, на любой стадии процесса, для ведения дела как полностью, так и в части, обособленно или в сотрудничестве с уже работающими над делом юристами.

Предлагаемая нами линия судебной защиты, обсуждается и согласовывается с Клиентом до представления в суд. Решение принимаете Вы, мы помогаем его реализовывать. Цена представительства в арбитражном суде указана на сайте в разделе — стоимость услуг .

Наша компания осуществляет представительство в Арбитражном суде всех инстанций по спорам связанным с правом собственности, аренды, взысканием компенсации за нарушение исключительных прав на результаты интеллектуальной собственности. Также наши специалисты готовы оказать квалифицированную юридическую помощь по взысканию в судебном порядке задолженности по различным договорам, в том числе поставки, подряда, оказания услуг. Одной из наших специализаций является оспаривание сделок, по причинам их недействительности ввиду несоответствия закону, действительному волеизъявлению сторон сделки или незаключенности. Мы помогаем в расторжении или изменении договора в судебном порядке, осуществляем защиту от недобросовестных или необоснованных требований контрагентов, страховых компаний, органов государственной власти, способствуем максимальному снижению неустоек и иных штрафных санкций, взысканию неосновательного обогащения, возмещению ущерба, пресечению действий нарушающих права и законные интересы клиента.

Суд принимает решение об удовлетворении заявленных требований, об отказе в их удовлетворении или же о частичном удовлетворении требований. В связи с этим одна из сторон остается не согласной с решением суда. Она считает его не правильным, незаконным. Лицо, которое несогласно с принятым решением, может обжаловать его в вышестоящую инстанцию. При этом не всегда, при пересмотре вопроса вышестоящей инстанцией, первоначальное решение суда остается неизменным. Такое случается потому, что любой судья, даже самый подготовленный и квалифицированный может совершить ошибку.

В таких случаях становится очень важной помощь специалиста. Так как только квалифицированный специалист сможет доказать, что решение суда, принятое в Вашу пользу, является справедливым, обоснованным и законным. А так же в случае, если Вы не согласны с решением суда, он, проанализировав обстоятельства дела, сможет найти неточности в рассмотрении и убедить суд, что первоначальное решение принято не обоснованно. Именно поэтому во время обжалования судебного решения, необходимо участие в процессе квалифицированного представителя.

Такой представитель должен иметь как юридическое образование, так и практику ведения дел в суде.

В случае достижения положительного для клиента результата наши специалисты помогают возместить расходы на оплату наших услуг с проигравшей стороны. Возмещение расходов на юридическую помощь в связи с судебным делом отработанно нашими юристами на практике. В качестве примера можно привести определение о возмещении расходов на оплату услуг представителя третьего лица в арбитражном процессе.

Территориальное расположение:
СВАО, Северное Медведково, м. Бабушкинская, м. Медведково,
ул. Енисейская, ул. Менжинского, ул. Летчика Бабушкина

Представительство в арбитражном процессе

1. Понятие представительства в арбитражном процессе

Конституция РФ, развивая принцип приоритета судебной защиты прав, указывает в статье 48 на то, что каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. Юридическая помощь может оказываться различными способами, в том числе и путем судебного представительства, которое, таким образом, является одним из институтов, призванных обеспечивать права и свободы человека, принцип равенства всех перед законом.

В современной российской процессуальной науке институт представительства характеризуется отсутствием четкого определения и нестабильностью понятийного аппарата. К сожалению, законодатель не способствует прекращению активных дискуссий, в процессе которых обсуждается природа представительства, так как дефиниции последнего нет ни в Гражданском кодексе РФ (далее — ГК РФ), ни во вновь принятых Уголовном, Гражданском и Арбитражном процессуальном кодексе РФ (Арбитражный процессуальный кодекс) . Таким образом, складывается ситуация, в которой по каждому вопросу имеется несколько безапелляционных и зачастую противоречивых точек зрения.

Не вдаваясь в глубокие научные споры о том, можно ли назвать представительство правоотношением со всеми присущими ему элементами или системой правоотношений, ограничимся буквальным толкованием норм главы 6 Арбитражного процессуального кодекса РФ(далее — АПК РФ), вступившего в силу 1 сентября 2002 года. Согласно используемой в кодексе терминологии представительство — это ведение дела от имени стороны или третьего лица, то есть осуществление деятельности по представлению интересов указанных участников дела. Следовательно, под представительством в арбитражном процессе понимается «деятельность представителя в судебном заседании, осуществляемая от имени представляемого с целью добиться для него наиболее благоприятного решения, а также для оказания ему помощи в осуществлении своих прав».

Юридические действия, совершенные представителем от имени представляемого и в пределах возложенных на него обязанностей (полномочий), порождают, изменяют и прекращают гражданские и гражданские процессуальные права и обязанности непосредственно для представляемого (хотя в отличие от гражданского права гражданский процесс не предусматривает обязательного элемента «замещения» представителем представляемого лица).

С учетом системного толкования процессуальных норм нового кодекса необходимо также отметить, что законодатель в качестве определяющего признака исследуемого института указывает прежде всего не на «техническое» представление интересов, а на оказание юридической помощи. Следовательно, целью представительства в арбитражном процессе является защита интересов представляемого и оказание ему помощи в осуществлении процессуальных прав и исполнении процессуальных обязанностей. При этом кажется необоснованной позиция, согласно которой представитель помогает в том числе и суду: суд самостоятелен в принятии объективного решения по спору, и оказание ему помощи лицом, имеющим субъективный интерес в защите прав одного из участников этого спора, несовместимо с принципом независимости судей. Говорить об общественной обязанности оказывать суду содействие по установлению объективной истины можно только в отношении адвокатов.

Институт представительства в арбитражном процессе распространяется на истца и ответчика, а также на других лиц, участвующих в деле и осуществляющих процессуальные действия, могущие оказать влияние на исход дела (третьи лица, заявители в делах об установлении юридических фактов и т. д.).

К сожалению, рамки настоящей работы не позволяют в должной мере осветить проблему процессуально-правового статуса представителя среди участников дела и процесса. Можно сказать только, что Арбитражный процессуальный кодекс 2002 года не отнес представителей к участникам дела, тем самым формально согласившись с точкой зрения, согласно которой «для себя лично в результате арбитражного процесса представитель ничего не получает, кроме заранее обусловленного вознаграждения (при договорном представительстве), а в отдельных случаях — и возмещения собственных затрат на представительство».

Таким образом, представительство в арбитражном процессе следует определить как деятельность надлежащим образом уполномоченного лица (представителя), осуществляемая от имени и в защиту интересов стороны или третьего лица (представляемого) с целью оказания последнему правовой помощи.

2. Представительство в суде от имени физических лиц

В статье 59 АПК РФ 2002 года гражданам, в том числе индивидуальным предпринимателям, предоставляется право вести свои дела в арбитражном суде через представителей или лично, что не лишает гражданина права иметь представителя. Указанная норма, с учетом анализа правил раздела V АПК РФ «Производство с участием иностранных лиц», распространяется и на иностранных граждан, и на лиц без гражданства.

Представителями граждан в арбитражном суде согласно действующему процессуальному законодательству могут выступать адвокаты и иные оказывающие юридическую помощь лица.

Указанная формулировка является компромиссом между жестким правилом, содержащимся в статье 36 АПК РФ 1992 года, согласно которому представителем гражданина мог быть только адвокат, и предоставляющей неограниченную свободу действий нормой статьи 48 АПК РФ 1995 года, согласно которой представителем может быть любой гражданин, имеющий надлежащим образом оформленные полномочия на ведение дела в арбитражном суде.

Проблема статуса, прав, обязанностей и условий деятельности адвоката с учетом вновь принятого Федерального закона от 31.05.02 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» столь обширна, что у автора нет возможности подробно ее осветить в настоящей статье. Достаточно будет упомянуть о том, что в соответствии с ранее действовавшим Положением об адвокатуре РСФСР, утвержденным 20.11.80 законом РСФСР, адвокатом в арбитражном процессе могло выступать лицо, принятое в установленном порядке в число членов коллегии адвокатов, в соответствии с ныне действующим законом — лицо, получившее в установленном порядке статус адвоката и право осуществлять адвокатскую деятельность.

Гораздо больший интерес представляет определение понятия «лицо, оказывающее юридическую помощь».

В соответствии с Положением о лицензировании деятельности по оказанию платных юридических услуг на территории РФ, утвержденным постановлением Правительства РФ № 344 от 15 апреля 1995 г., платные юридические услуги могли оказываться только при условии наличия лицензии, выданной в установленном порядке Министерством юстиции РФ и органами юстиции субъектов РФ. Однако в соответствии с Законом РФ от 25.09.98 № 158-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» и вновь принятым одноименным законом 2001 года деятельность по оказанию юридических услуг не нуждается в лицензировании.

Следовательно, такой критерий, как лицензия, более не является актуальным. Что же представитель должен представить арбитражному суду, дабы доказать, что оказывается именно юридическая помощь? Должны ли быть подтверждены факт работы в юридической фирме, наличие высшего юридического образования или иные обстоятельства, или же представителем может быть любое лицо, считающее себя в состоянии оказать квалифицированную юридическую помощь?

Как показывает практика, данный вопрос очень актуален в настоящее время.

Так, суд кассационной инстанции не допустил граждан, явившихся в судебное заседание для представления интересов истца и третьих лиц, к участию в деле, поскольку эти граждане не отвечали требованиям, предъявляемым законом к представителям граждан, полномочным выступать в арбитражном суде. Суд указал на то, что в соответствии с пунктом 3 статьи 59 АПК РФ представителями граждан могут выступать в арбитражном суде адвокаты и иные, оказывающие юридическую помощь, лица, но граждане, представившие суду доверенности, пояснили, что являются знакомыми истца и третьих лиц и на этом основании желают представлять их интересы, а документы, дающие им право оказывать юридическую помощь, представлены быть не могут.

Ознакомьтесь так же:  Нотариус на дом в санкт-петербурге

Аналогичное решение об отказе в допуске к участию в деле лица, явившегося в качестве представителя, было принято судом кассационной инстанции в отношении студента, представившего доверенность без документов, подтверждающих его право оказывать гражданам юридическую помощь.

Иногда мотивы отказа в допуске представителя к участию в деле судом кассационной инстанции не указываются. В частности, в постановлении ФАС СЗО от 21.05.03 № А56-11809/97 просто был констатирован факт того, что гражданин, действующий по доверенности, но не оказывающий юридической помощи, представителем быть не может.

Складывается ситуация, что, несмотря на исключение из проекта АПК РФ указания на необходимость высшего юридического образования и аккредитации представителя (о чем речь пойдет далее), нормы об оказании юридической помощи все равно трактуются не в пользу свободного выбора граждан: суд требует представления доказательств определенного статуса представителя при отсутствии в законе как определения этого статуса, так и примерного перечня документов, его подтверждающих.

3. Законное представительство

В соответствии с пунктом 2 статьи 59 АПК РФ 2002 года права и законные интересы недееспособных граждан защищают в арбитражном процессе их законные представители — родители, усыновители, опекуны или попечители.

Указанная процессуальная норма в новом кодексе играет более важную роль (по сравнению с АПК РФ 1995 года): в связи с изменением критерия подведомственности дел арбитражному суду с преимущественно субъектного на преимущественно предметный увеличилось количество дел, при рассмотрении которых физические лица, не имеющие статуса индивидуального предпринимателя, могут быть признаны лицами, участвующими в деле (с учетом норм о специальной подведомственности и о возможности привлечения граждан в качестве третьих лиц).

Однако формулировка пункта 2 статьи 47 АПК РФ 1995 года о законном представительстве лиц, не обладающих полной дееспособностью, была заменена в новом кодексе упоминанием на законное представительство только недееспособных лиц (как известно, в ГК РФ понятия ограниченной дееспособности и недееспособности существенно различаются). Но в качестве законных представителей в АПК РФ действующей редакции продолжают упоминаться попечители, которых в соответствии со статьей 30 ГК РФ назначают именно ограниченно дееспособным гражданам, что наводит на мысль о техническом упущении законодателя, которое могло бы быть легко ликвидировано при возвращении к прежней формулировке.

Представляемыми лицами в данном случае могут быть несовершеннолетние, а также лица, признанные судом недееспособными или ограниченно дееспособными.

Остается открытым вопрос об объеме процессуальной дееспособности несовершеннолетних от 16 до 18 лет, которые осуществляют предпринимательскую деятельность, но не эмансипированы в установленном законом порядке. Указанные лица согласно статье 26 ГК РФ могут самостоятельно совершать ряд гражданско-правовых сделок, в том числе в качестве предпринимателей, а также быть членами кооперативов. В этой связи они могут быть истцами в арбитражном суде по искам, связанным с их предпринимательской деятельностью (при условии регистрации в качестве предпринимателей). Поэтому нелогично наделять несовершеннолетних в возрасте от 16 до 18 лет гражданской правосубъектностью в определенных сферах деятельности и в то же время лишать их права на самостоятельное участие в арбитражном суде.

Законное представительство возникает в силу прямого указания закона, для чего не требуется согласия представляемого. Основаниями этого вида представительства являются: факт происхождения детей от соответствующих родителей, удостоверенный в установленном законом порядке; факт усыновления детей; административный акт о назначении опеки и попечительства.

В той же статье предусмотрена очень важная гарантия прав и интересов обеих сторон в отношениях законного представительства: представители могут поручить ведение дела в арбитражном суде другому избранному ими представителю. Что интересно, в проекте АПК РФ 2002 года первоначально было предусмотрено право законных представителей иметь добровольных представителей по делу, что выглядело не совсем корректным, так как представители не могут иметь добровольных представителей, а могут лишь поручать ведение дела последним. В таком случае представляются именно интересы лиц, участвующих в деле, а не их законных представителей.

4. Представительство в суде от имени юридических лиц

В пункте 4 статьи 59 АПК РФ 2002 года указано, что дела организаций ведут в арбитражном суде их органы, действующие в соответствии с федеральным законом, иным нормативным правовым актом или учредительными документами организаций. В той же статье содержится специальная норма, регулирующая особый случай представления интересов юридического лица в суде: от имени ликвидируемой организации в суде выступает уполномоченный представитель ликвидационной комиссии.

По сравнению с ранее действовавшим процессуальным законодательством указанные нормы претерпели существенные изменения. Так или иначе, в статье 36 АПК РФ 1992 года под органами юридического лица подразумевались исключительно руководители или их заместители (и эта точка зрения, о чем будет сказано ниже, не лишена серьезных оснований); и ни в АПК РФ 1992 года, ни в АПК РФ 1995 года (статья 47) представитель ликвидационной комиссии как особый случай представления в суде интересов юридического лица не упоминался.

Однако и в том виде, в каком анализируемые процессуальные нормы представлены сейчас, они нуждаются в корректировке.

В первую очередь теоретически и логически неправильно отождествлять с процессуальным представительством выступление от имени и в интересах юридического лица его органов.

Как известно, в соответствии со статьей 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Таким образом, деятельность юридического лица проявляется в совокупности служебных действий его работников, в том числе его органов.

В цивилистической науке не сложилось единой позиции относительно статуса органов юридического лица, и выделить можно два основных направления рассуждений. С одной точки зрения, орган юридического лица — это его представитель с момента создания юридического лица (возможно, законный), а другая точка зрения, которая кажется автору более обоснованной, вкратце формулируется следующим образом. Органы юридического лица можно разделить на волеобразующие (представляющие юридическое лицо вовне) и образующие волю по определенному кругу вопросов (например, контрольно-ревизионные и пр.). Гражданская правосубъектность юридического лица проявляется только во внешних волевых актах, из чего следует, что органы первой категории — это не представители, а само юридическое лицо, то есть они представляют последнего, но не представительствуют в процессуальном смысле от его имени.

Таким образом, признание органа юридического лица его представителем представляется теоретически неверным, поскольку неизбежно влечет за собой, с одной стороны, вывод об отсутствии полной процессуальной дееспособности у юридических лиц, а с другой — вывод о самостоятельном процессуальном статусе органа юридического лица.

Органы юридического лица, в том числе исполнительные, могут быть коллегиальными или единоличными. В случае когда единственным исполнительным органом юридического лица является коллегиальный орган или когда участие в суде относится к его компетенции локальными организационно-правовыми актами юридического лица в соответствии с господствующей точкой зрения юридическое лицо имеет возможность действовать в суде исключительно через представителя. Порядок принятия решения коллегиальным органом в значительной степени отличается от принятия решения единоличным органом и представляет собой определенную процедуру (например, созыв всех участников, обсуждение, голосование, оформление принятого решения). Очевидно, что такая процедура не может быть проведена в рамках судебного заседания, а объявление перерыва в заседании для принятия решения о совершении каждого процессуального действия коллегиальным исполнительным органом юридического лица не соответствует принципу процессуальной экономии. Вместе с тем следует указать, что современное процессуальное законодательство не запрещает участие в процессе от имени юридического лица его коллегиального исполнительного органа.

Представляется также необходимым расширить имеющееся на настоящий момент в АПК РФ в действующей редакции понятие законного представительства в ракурсе представления интересов юридических лиц. Если законное представительство рассматривать как представительство, для возникновения которого не требуется согласия представляемого и достаточно лишь прямого указания закона, то в первую очередь необходимо указать пример с ликвидационной комиссией. Согласно ГК РФ и федеральным законам «Об акционерных обществах»(пункт 4 статьи 21) и «Об обществах с ограниченной ответственностью»(пункт 3 статьи 57) ликвидационная комиссия от имени ликвидируемого общества выступает в суде, в том числе и в арбитражном, в связи с чем ее председатель является представителем ликвидируемой организации по закону.

Можно привести еще несколько частных случаев. Законное представительство возникает при рассмотрении дел, где участниками процесса являются организации, в отношении которых рассматриваются дела о несостоятельности (банкротстве). В случае возбуждения такого дела в отношении юридического лица в соответствии с Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (как 1998, так и 2002 года) арбитражный управляющий выступает представителем соответствующего юридического лица-должника, в том числе и в арбитражном суде.

Следует также учитывать, что в силу действия норм международных договоров в отдельных случаях официальными представителями иностранных юридических лиц могут выступать консульские представители.

В предусмотренных законом случаях от имени юридического лица в суде могут выступать его участники, которых, как представляется, нельзя отнести ни к органам юридического лица, ни к его законным представителям. В соответствии со статьей 72 ГК РФ дела полного товарищества может вести каждый его участник от имени товарищества, если учредительным договором не установлено, что все они ведут дела совместно либо ведение дел поручено отдельным участникам. Следовательно, в подобных случаях объем полномочий определяется учредительным договором. Эти правила относятся к полным товариществам и товариществам на вере (статья 84 ГК РФ).

«Специально следует акцентировать внимание на том, что участники или учредители вправе вести дела юридического лица в суде в случаях, предусмотренных законом, или на основании доверенности, так как у них нет представительских функций, которыми наделены органы юридического лица. Так, суд расценил апелляционную жалобу, подписанную учредителем акционерного общества, как подписанную ненадлежащим лицом».

Таким образом, пункт 4 упомянутой статьи АПК РФ 2002 года можно было бы изложить в следующей редакции:

«Дела организаций в арбитражном суде ведут их органы, действующие в пределах полномочий, предусмотренных международным договором, законом, иными нормативными правовыми актами и учредительными документами, а также законные представители и участники организаций в случаях, предусмотренных законом».

Что немаловажно, в связи с такой формулировкой отсутствует необходимость специального указания на особый порядок ведения дел в суде от имени ликвидируемой организации, поскольку председатель ликвидационной комиссии является законным представителем, которому доверенность в силу его правового статуса не нужна, а представительство иного члена комиссии — это частный случай добровольного представительства. Впрочем, воля законодателя в данном случае может быть истолкована двояко. Например, в статье 62 ГК РФ указано, что полномочия по управлению делами ликвидируемой организации переходят к ликвидационной комиссии. Однако нигде не предусмотрено, что действующее руководство отстраняется от управления. Следовательно, нельзя сделать однозначный вывод о том, что законные полномочия руководителя ликвидируемой организации как ее исполнительного органа автоматически прекращаются. Возможно, специальное указание в действующую редакцию АПК РФ на особый порядок ведения дел в суде от имени ликвидируемой организации было необходимо для того, чтобы разрешить возможный конфликт интересов между ликвидационной комиссией и еще действующим органом управления.

Если же исходить из практики разрешения соответствующих споров, можно сделать вывод, что суд оставляет за руководителем право осуществлять представительские функции в суде.

В частности, было направлено на новое рассмотрение дело об обжаловании решения о ликвидации юридического лица. Исковое заявление было подано руководителем, незадолго до этого уволенным по приказу ликвидационной комиссии, но оспорившим этот приказ в суде общей юрисдикции. Суд кассационной инстанции указал на то, что юридическое лицо вправе обжаловать акт о его ликвидации, но рекомендовал приостановить производство по делу до тех пор, пока суд общей юрисдикции не определит наличие или отсутствие у руководителя полномочий на обращение с соответствующим иском (то есть до принятия решения о восстановлении руководителя на работу или отказе в этом).

Такое решение ФАС СЗО свидетельствует прежде всего о том, что руководитель организации не лишается своих процессуально-правовых и представительских полномочий, и такое решение оправданно, поскольку не представляется вероятным, что решение о ликвидации на практике будет обжаловать сама ликвидационная комиссия.

Необоснованным представляется указание в пункте 5 статьи 59 АПК РФ 2002 года на то, что руководители организаций являются их представителями. Руководитель организации выступает в качестве органа юридического лица и имеет право действовать от имени последнего без доверенности. Его полномочия удостоверяются соответствующими документами (уставом, положением и документом, подтверждающим служебное положение, например протоколом об избрании или приказом о назначении на должность директора, и пр.).

Таким образом, пункт 5 упомянутой статьи справедлив только в отношении руководителей представительств и филиалов, которые вправе выступать от имени юридического лица и в его интересах на основании выданной им доверенности (пункт 3 статьи 55 ГК РФ ). Соответствующие полномочия руководителя филиала (представительства) не могут основываться лишь на указаниях, содержащихся в учредительных документах юридического лица, положении о филиале (представительстве), либо явствовать из обстановки, в которой действует руководитель филиала (пункт 20 Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ № 6/8 от 01.07.96 ).

Суд апелляционной инстанции обоснованно оставил без рассмотрения исковое заявление иностранного юридического лица (Нидерланды), имеющего представительство в Санкт-Петербурге, поскольку заявление было подписано главой представительства по доверенности, не предоставляющей право на подписание искового заявления.

Учредительные документы должны быть изучены судом во всех случаях, когда возникает спор о признании полномочий представителя или органа юридического лица на ведение дел в суде от имени последнего. Помимо учредительных документов суд может исследовать акты соответствующих государственных органов, запросив их о предоставлении дополнительной информации.

При рассмотрении дела № А56-11802/01 суду были представлены на изучение учред

ительные документы акционерного общества, в соответствии с которыми представлять интересы последнего в суде без доверенности мог только генеральный директор, а не все члены дирекции, а также справка Ленинградской областной регистрационной палаты, решение единственного акционера о назначении на должность определенного лица и иные документы. Ввиду их явной противоречивости судом был сделан запрос в налоговую инспекцию, и на основании всех полученных данных суд определил лицо, бесспорно являвшееся генеральным директором АО в спорный период, и оставил без рассмотрения исковое заявление, подписанное неуполномоченным лицом.

Может возникнуть ситуация, в которой учредительные документы юридического лица вообще не предусматривают право исполнительных органов осуществлять представительские функции.

Так, при изучении учредительного договора компании MARDIMA COMPANY LIMITED судом было уста¬новлено, что ее зарегистрированным представителем является «Ариас Фабрега энд Фабрега Траст К° БВИ Лимитед» — один из участников компании. Таким образом, при учреждении компании ее директорам не было предоставлено полномочий осуществлять представительские функции, в том числе в отношениях с судебными инстанциями.

Исчерпывающий перечень лиц, которые могут быть представителями в суде от имени организаций, вызывает справедливое недоумение среди ученых и практикующих юристов.

АПК 1992 года допускал в качестве представителей организации ее руководителя, работников этой организации и адвокатов. Практика пошла по пути расширения этого перечня. В связи с созданием юридических фирм, в сферу деятельности которых входило юридическое обслуживание организаций, в том числе представительство в суде, такие представители допускались в арбитражный процесс. Эту практику законодательно закрепил АПК РФ 1995 года, согласно статье 48 которого круг лиц — представителей в арбитражном суде — не был ограничен. Таким образом, участники дела имели право свободного выбора кандидата на представление их интересов в суде с точки зрения его компетентности в области правовых норм, регулирующих спорные правоотношения, а также знания фактических обстоятельств дела.

Однако подобная ситуация была истолкована как противоречащая статье 48 Конституции РФ, согласно которой каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. Все большее развитие приобретал тезис о необходимости высокого профессионального уровня защиты с учетом постоянного усложнения правовой системы России. Наилучшим вариантом предполагалось использование возможностей профессиональных представителей в арбитражном процессе. Все чаще указывалось на то, что предоставленные статьей 48 АПК РФ 1995 года кажущиеся гарантии права лица, участвующего в деле, доверить подготовку документов и защиту своих прав и интересов любому лицу на практике несостоятельны, поскольку далеко не каждый подготовлен к участию в арбитражном суде в условиях состязательного процесса.

Безусловно, сама идея об ограничении субъектного состава представительства в процессе заслуживает пристального внимания. Речь идет о защите прав организаций, граждан-предпринимателей в коммерческом суде, что требует в настоящее время глубоких специальных познаний в области юриспруденции. В этом плане к субъекту представительства в арбитражном процессе должны предъявляться особые требования.

Вместе с тем способы реализации этой идеи, предложенные в проекте кодекса, вызвали обоснованную критику.

Так, в проект АПК РФ 2002 года было включено следующее правило: «Представителями организаций в арбитражных судах могут быть адвокаты и лица, являющиеся работниками (сотрудниками) организаций, имеющие высшее юридическое образование и аккредитованные при арбитражных судах в Российской Федерации в порядке, установленном Пленумом ВАС РФ».

Во-первых, само понятие аккредитации, которая возлагается на арбитражный суд, не было определено. Если речь шла о лицензировании и регистрации, это функция исполнительной власти, а не арбитражного суда, не говоря уже о том, что не было разработано ни одного нормативного акта, в котором была бы предусмотрена процедура, гарантирующая права соискателей, и критерии для положительного или отрицательного решения вопроса.

Во-вторых, возложение обязанности по разработке порядка аккредитации представителей на Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ, строго говоря, не соответствует Конституции России в части принципа разделения властей. Статья 127 Конституции РФ предоставляет право Высшему Арбитражному Суду РФ давать разъяснения по вопросам судебной практики, то есть правоприменения, а не осуществлять правотворческую деятельность.

Однако даже и в том виде, в котором норма о представителях от имени организаций была воспринята статьей 59 АПК РФ 2002 года, она не лишена недостатков.

Ознакомьтесь так же:  Оформить покупку на алиэкспресс

Вопрос о введении определенных ограничений круга лиц, которые могут быть представителями в суде, уже неоднократно являлся предметом разбирательства в Конституционном Суде Российской Федерации (далее — КС РФ) в ракурсе уголовно-процессуальных отношений. В Постановлении от 28.01.97 № 2-П КС РФ признал не противоречащим Конституции РФ положение части четвертой статьи 47 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, согласно которому в качестве защитника допускается только адвокат.

Однако выводы Постановления КС РФ от 28.01.97 № 2-П нельзя распространять на арбитражно-процессуальные отношения, поскольку в них публичное начало проявляется не в такой мере, как в уголовно-процессуальных. Введение любых ограничений для представителей лиц, участвующих в арбитражном процессе, является формой вторжения государства в частные дела, ограничения прав и законных интересов представляемых, что в конечном итоге противоречит основным началам гражданского законодательства, установленным статьей 1 ГК РФ. В соответствии с данной нормой «граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора». Гражданские права могут быть ограничены на основании пункта 3 статьи 55 Конституции РФ.

Нельзя забывать также о том, что ни в новом Кодексе РФ об административных правонарушениях, ни в новом Гражданском процессуальном кодексе РФ не установлены такие ограничения по субъектному составу представителей, какие мы наблюдаем в АПК РФ. Получается парадоксальная ситуация, что даже в одном и том же виде судопроизводства, которое осуществляется судами разных видов (арбитражными и общей юрисдикции), существуют различные правовые условия участия в процессе представителя.

Более того, в том же Арбитражном процессуальном кодексе не содержится каких-либо ограничений в части представительства граждан (часть 3 статьи 59), что в итоге приводит к недопустимому неравенству двух основных субъектов предпринимательской деятельности — индивидуальных предпринимателей и юридических лиц — в одной сфере правоотношений.

Специалисты, принимавшие непосредственное участие в создании нового кодекса, продолжают ссылаться на статью 48 Конституции РФ: «Государство берет на себя определенную гарантию качества юридической помощи. ». Однако остается неясным, почему выполнение этих гарантий нельзя обеспечить иным путем, кроме введения фактической адвокатской монополии на представительство дел от имени организаций в арбитражном суде. Как уже упоминалось, в 1998 году институт лицензирования юридических услуг был отменен Законом РФ «О лицензировании отдельных видов деятельности». Никто не может отрицать, что настоящим свидетельством квалификации представителя является не диплом, не аккредитация при одном из арбитражных судов, не правовой статус адвоката и тем более не наличие трудового договора с представляемой организацией, а его опыт успешного ведения дел в арбитражном процессе. Однако, если есть необходимость в формальном подтверждении от имени государства объема знаний представителя, почему бы не вернуться к испытанной системе лицензирования юридических услуг? Условиями выдачи лицензии на оказание юридической помощи могут быть: высшее юридическое образование претендента, его способность соответствовать определенным моральным цензам (отсутствие судимости, например), наличие опыта работы по юридической специальности, сдача квалификационного экзамена специальной комиссии с участием судей, адвокатов, преподавателей юридических вузов, научных работников в области права. Результаты таких квалификационных экзаменов могут определять право выступать перед судом того или иного уровня.

Проблемы, которые возникли в связи со статьей 59 АПК РФ 2002 года, перечислить невозможно. Можно лишь упомянуть некоторые из них.

Во-первых, распространен довод о том, что участие квалифицированного адвоката позволит избежать неоправданного затягивания процесса и других препятствий в осуществлении правосудия на стадии подачи исковых заявлений и иных процессуальных документов. Но хочется отметить, что обратной стороной такого знания часто является именно затягивание судебного процесса (исключительно законными методами) и различные скрытые и явные злоупотребления для формирования «субъективной истины».

Во-вторых, осталось неясным, чем подобная норма облегчила положение участников процесса, которые ранее были не в состоянии позволить себе обеспечение квалифицированной юридической помощи в силу высокой оплаты услуг адвоката и других представителей. Так или иначе, проект кодекса, предусмотревший назначение судом адвоката предпринимателям, которые не могут самостоятельно оплатить его услуги, из числа аккредитованных лиц за счет бюджетных средств, не определил никаких механизмов реализации указанных гарантий, а в действующий АПК РФ 2002 года норма о бесплатной юридической помощи вообще не включена.

В-третьих, не стоит забывать о том, что введение излишних ограничений всегда является почвой для роста злоупотреблений.

Уже сейчас практикующие юристы видят два способа обойти установленное Арбитражным процессуальным кодексом РФ правило, касающееся адвокатов или штатных работников организации: «Можно предложить основным специалистам поступить в адвокатуру. Но тогда они должны будут либо уволиться с занимаемой ныне должности и перестать быть сотрудниками юридической фирмы, либо, в случае продолжения трудовых отношений, нарушить закон с риском прекращения статуса адвоката. Второй вариант — сотрудники юридической фирмы могут заключать срочные трудовые договоры с клиентами. Но этот вариант не для всех компаний является приемлемым в связи с тем, что направлен не на исполнение закона, а, скорее, на то, чтобы обойти его требования».

Действительно, в соответствии с действующим Трудовым кодексом РФ трудовой договор преимущественно носит бессрочный характер, а в перечень оснований для заключения срочных договоров (статья 59 ТК РФ) такое основание, как представительство в арбитражном суде, не входит.

Что же следует выбирать организациям? Заключать мнимые срочные договоры в каждом случае, когда возникает необходимость в судебном представительстве, или изначально при формировании организации включать штатного юриста? Последнее можно расценить как новое требование трудового и гражданского законодательства к порядку образования юридического лица и порядку формирования администрации (или штата).

В-четвертых, действующий АПК РФ не определил ни само понятие штатного работника, ни документы, которыми подтверждается подобный правовой статус представителя на стадии признания полномочий последнего, что само по себе может являться почвой для злоупотреблений как со стороны участников дела и их представителей, так и со стороны самого суда, о чем речь пойдет в главе о порядке оформления и признании полномочий представителя.

И наконец, в-пятых, нельзя не обратить внимание на пункт 6 статьи 59 АПК РФ, гласящий: «Представителем в арбитражном суде может быть дееспособное лицо с надлежащим образом оформленными и подтвержденными полномочиями на ведение дела, за исключением лиц, указанных в статье 60 настоящего Кодекса». При изучении темы «Представительство в арбитражном суде» в свете новелл АПК РФ 2002 года у автора сразу же возник вопрос: как именно будет истолковываться это правило и возможна ли в принципе оценка пункта 6 как отменяющего все вышеуказанные строгие требования к субъектам представительства. На данный момент есть возможность ответить на эти вопросы.

Рассматривая дело № А56-19056/02, суд кассационной инстанции отклонил довод ответчика о том, что интересы истца представляло неуполномоченное лицо, не являющееся адвокатом и не состоящее в штате истца. Суд указал на то, что в соответствии с пунктом 6 статьи 59 АПК представителем в арбитражном суде может быть дееспособное лицо с надлежащим образом оформленными и подтвержденными полномочиями на ведение дела, за исключением лиц, указанных в статье 60 названного ко¬декса.

Аналогичный вывод суд кассационной инстанции сделал чуть ранее, 26 декабря 2002 года, при рассмотрении дела № А56-27294/02: «Представителями организаций могут выступать по должности руководители организаций, действующие в пределах полномочий, предусмотренных федеральным законом, иным нормативным правовым актом, учредительными документами, лица, состоящие в штате указанных организаций, адвокаты либо (выделено автором) дееспособное лицо с надлежащим образом оформленными и подтвержденными полномочиями на ведение дела».

Представляется нужным поддержать такое судебное толкование процессуальных норм, как обусловленное объективной российской действительностью, поддержать так, как это уже было сделано при принятии АПК РФ 1992 года.

Однако нельзя забыть о том, что имеется и увеличивается практика отказа в признании полномочий представителя и оставления без движения исковых заявлений и жалоб участников дела по формальным основаниям статьи 59 АПК РФ 2002 года.

В частности, была оставлена без движения кассационная жалоба ООО «Офис-Клаб» в связи с необходимостью представить доказательства наличия между подателем жалобы и ее представителем трудовых отношений либо наличия у представителя статуса адвоката.

При рассмотрении кассационной жалобы на решение суда по делу № А56-19165/02 суд кассационной инстанции не допустил к участию в деле представителя ввиду отсутствия доказательств того, что последний состоит в штате подателя жалобы.

5. Лица, которые не могут быть представителями в суде

Статья 60 АПК РФ 2002 года , практически повторяя формулировку ранее действовавшего кодекса, содержит перечень лиц, которые не могут быть представителями в арбитражном суде. Это лица, не обладающие полной дееспособностью либо состоящие под опекой или попечительством, а также судьи, следователи, прокуроры, помощники судей и работники аппарата суда.

В качестве позитивных изменений можно отметить более удачную формулировку пункта 1 статьи 60: «Данное правило не распространяется на случаи, если указанные лица (судьи, следователи, прокуроры, помощники судей и работники аппарата суда. — Прим. автора) выступают в арбитражном суде в качестве представителей соответствующих органов или законных представителей». Аналогичная норма АПК РФ 1995 года (пункт 2 статьи 51), в которой указанным лицам разрешалось выступать представителями в суде в случае участия в процессе «в качестве уполномоченных соответствующих судов, прокуратуры или как законных представителей», была сформулирована недостаточно четко, что позволило некоторым исследователям предложить оригинальное истолкование воли законодателя. В частности, в научной литературе было высказано мнение, что запрет распространяется на следователей прокуратуры и не распространяется на следователей органов внутренних дел, органов безопасности и налоговой полиции. Безусловно, такое ограничительное т олкование недопустимо, поскольку всем следователям как государственным служащим запрещено заниматься оплачиваемой деятельностью (за исключением научной, творческой и педагогической), а представительская деятельность преимущественно осуществляется за плату и предполагает уделение этому значительного времени, что не может благоприятно сказываться на государственной службе.

Автор затрудняется определить, насколько допустимо будет расширительное толкование статьи 60 АПК РФ. Однако с учетом системного толкования действующего законодательства, на наш взгляд, не могут быть судебными представителями нотариусы (статья 6 Основ законодательства РФ о нотариате от 11.02.93 № 4462-1), все государственные служащие (статья 11 Федерального закона от 31.07.95 № 119-ФЗ «Об основах государственной службы Российской Федерации») и иные лица, для которых в силу их особого статуса установлены подобные ограничения, за исключением случаев, когда такие лица представляют в суде интересы соответствующих организаций либо в связи с осуществлением функций законного представителя.

Кодекс 2002 года не ответил на вопрос, могут ли быть представителями юридические лица; как и ранее, эта проблема остается пока неразрешенной. Законных оснований утверждать, что юридические лица не могут быть представителями, нет. Однако исходя из системного толкования норм, устанавливающих, например, перечни лиц, которые могут и не могут быть представителями в суде, можно утверждать, что законодатель видит представителем только физическое лицо.

Кроме того, юридическое лицо-представитель в силу своей особой правовой природы не может явиться в судебное заседание для представления интересов своего клиента, это может сделать только орган такого юридического лица. Если же это будет обыкновенный работник по трудовому договору, мы столкнемся с моделью двойного представительства, что вряд ли допустимо.

Однако на основании анализа существующей практики необходимо отметить, что изложенная выше позиция не бесспорна. Так, судом было установлено, что учредительным договором компании MARDIMA COMPANY LIMITED предусмотрено, что ее зарегистрированным представителем является иностранное юридическое лицо. Следовательно, такой орган ком ании, каковым является директор, не обладает полномочиями на представительство от имени компании, в том числе в отношениях с судебными инстанциями.

Следовательно, из общего негласного правила о том, что юридические лица не могут быть представителями в суде, есть исключения, основанные, как минимум, на нормах иностранного права.

Для определения возможности выступать в арбитражном процессе в качестве представителя существуют не только такие объективные критерии, как правовой статус потенциального представителя, но и субъективные, неразрывно связанные с ролью представителя как лица, оказывающего юридическую помощь и защищающего интересы своего клиента.

Представляется обоснованным и необходимым закрепить в АПК РФ хотя бы один из процессуальных запретов, аналогичных правилам Закона РФ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ»: запрет представительства в одном процессе от имени лиц, обладающих различными интересами, с целью недопущения даже самой возможности возникновения конфликта интересов.

6. Понятие полномочий представителя в арбитражном процессе

Полномочие процессуального представителя следует рассматривать как субъективное право на совершение от имени и в интересах представляемого процессуальных действий в арбитражном процессе, направленных на возникновение определенных правовых последствий для представляемого, и одновременно как обязанность совершить указанные действия.

Поскольку представитель в арбитражном процессе совершает процессуальные действия от имени и по поручению уполномочившего его на то лица, объем полномочий представителя определяется процессуальным положением доверителя: истца, ответчика, третьего лица, а также тем, какими именно полномочиями наделен представитель исходя из содержания доверенности и на основании указания закона.

Полномочия представителя по своему содержанию делятся на общие и специальные. Общие полномочия — это такие процессуальные действия, которые вправе совершать любой представитель, выступая от имени доверителя, независимо от того, оговорены ли они в доверенности (статья 62 АПК РФ 2002 года): право знакомиться с материалами дела, делать выписки из него, снимать копии с материалов, заявлять ходатайства и отводы, представлять доказательства, участвовать в их исследовании, представлять свои доводы и соображения по всем возникающим в ходе арбитражного процесса вопросам и иные права, связанные с возможностью участия в арбитражном процессе.

Специальные полномочия — это такие полномочия, которые представитель вправе совершать только при указании на них в доверенности или ином документе. Перечень таких полномочий, касающихся прежде всего материальных прав сторон, закреплен частью 2 статьи 62 АПК РФ 2002 года.

Так, например, ФАС СЗО указал на то, что признание иска в силу части 2 статьи 62 АПК РФ относится к специально оговоренным полномочиям представителя. Следовательно, при условии истечения срока действия доверенности допуск такого представителя к участию в деле, а также принятие решения с учетом его заявления о признании иска не может быть признано законным.

Однако с учетом конкретных обстоятельств дела истечение срока действия доверенности не всегда признается обстоятельством, на основании которого представителю откажут в удовлетворении ходатайства, связанного со специальными полномочиями.

Например, суд отклонил довод о том, что ходатайство об изменении предмета иска, подпи¬санное представителем истца, у которого истек срок доверенности, не подлежало удовлетворению. Представитель не заявлял новых ходатайств, а поддержал заявленное ранее при рассмотрении того же дела в суде первой инстанции до того, как суд кассационной инстанции направил его на новое рассмотрение.

По сравнению с ранее действовавшим кодексом добавлены такие специальные полномочия, как право подписания отзыва на исковое заявление, заявления об обеспечении иска, соглашения по фактическим обстоятельствам, заявления о пересмотре судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам.

При анализе существующей судебной практики возникает вопрос, являются ли синонимами понятия «право на подписание соглашения по фактическим обстоятельствам» и «право на признание обстоятельств».

При рассмотрении дела № А52/3333/2002/2 суд кассационной инстанции отклонил довод о том, что представители организации-налогоплательщика и налоговой инспекции не имели специальных полномочий на подписание соглашения о признании обстоятельств факта наличия и размера задолженности плательщика. Суд отметил, что нормами статей 62 и 70 АПК РФ не предусмотрено, что право на признание обстоятельств должно быть специально оговорено в доверенности; следовательно, для подписания такого заявления достаточно общей доверенности.

Согласно указанию Пленума ВАС РФ (постановление от 20.03.97 № 7) полномочие представителя на подписание ходатайства (заявления) о рассмотрении дела с участием арбитражных заседателей также должно быть специально указано в доверенности, что представляется обоснованным в силу исключительной важности таких критериев, как статус, компетентность и количество лиц, разрешающих спор сторон.

Согласно Закону РФ «Об исполнительном производстве» от 21.07.97 № 119-ФЗ должны быть специально оговорены также полномочия представителя на предъявление и отзыв исполнительного документа; на передачу полномочий другому лицу (передоверие); на обжалование действий судебного пристава-исполнителя; на получение присужденного имущества (в том числе денег).

Так, судом было возвращено заявление представителя должника об отмене постановления судебного пристава-исполнителя о наложении ареста, в котором имелась ссылка на нарушение закона при вынесении постановления о возбуждении исполнительного производства, поскольку в доверенности представителя должника отсутствовали полномочия на обжалование действий судебного пристава-исполнителя.

При создании проекта АПК РФ 2002 года в перечень специальных полномочий представителя было отдельно включено право не только на подписание искового заявления, но и на предъявление его в суд. Однако такой подход вызвал справедливую критику в научных кругах: предоставление полномочия на подписание искового заявления уже подразумевает предоставление права на обращение с ним в суд, поскольку иск всегда обращен к суду. Иное толкование вызвало бы ненужные споры и препятствия на пути реализации права на судебную защиту.

Следует иметь в виду, что, как уже указывалось ранее, представители в арбитражном процессе обязаны соблюдать ограничения, установленные действующим законодательством. Так, органы, участники и законные представители юридического лица при осуществлении важнейших распорядительных действий обязаны соблюдать ограничения, установленные в законе, иных правовых актах и учредительных документах. Например, при заключении мирового соглашения, связанного с отказом от имущественных прав, в отдельных случаях может быть необходимо получить согласие органа, уполномоченного на управление имуществом, либо собрания акционеров, совета директоров, иного коллегиального органа управления.

Судом особо внимательно должны исследоваться документы, подтверждающие специальные полномочия представителя участника дела, поскольку, как уже указывалось, такие полномочия непосредственно связаны с распоряжением материальными правами представляемого, и злоупотребление в этой сфере может привести к неустранимым последствиям.

При рассмотрении дела № А56-15913/02 суд кассационной инстанции указал на то, что у истца — общества с ограниченной ответственностью — сложилась чрезвычайно спорная ситуация между участниками ООО по вопросу назначения единоличного исполнительного органа и руководства обществом. При такой ситуации отказ от иска, заявленный одним лицом, полномочия которого не подтверждены бесспорными доказательствами, при наличии возражений со стороны другого лица, полномочия которого также оспариваются, не мог быть принят, так как это нарушало бы право ООО на судебную защиту.

Ознакомьтесь так же:  Госпошлина при обжаловании постановления администрации

7. Оформление полномочий представителя

В соответствии с общим правилом статьи 61 АПК РФ 2002 года полномочия представителя на ведение дела в арбитражном суде должны быть выражены в доверенности, выданной и оформленной в соответствии с федеральным законом, а в случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации или федеральным законом, в ином документе.

Указанная формулировка существенно расширена по сравнению с нормой статьи 49 АПК РФ 1995 года, в которой была ссылка только на доверенность (без упоминания всякого «иного документа») и только на правила, установленные законом. Таким образом, новым кодексом учтены такие случаи, как представление в арбитражном суде интересов Правительства РФ, полномочия представителей которого оформляются в соответствии со специальными правилами, установленными постановлением Правительства РФ от 12.08.94 № 950 «О порядке назначения представителей интересов Правительства Российской Федерации в судах»; а также порядок оформления и официального признания на территории Российской Федерации выданных за ее пределами доверенностей на представительство юридических лиц (такие доверенности в силу разных форм легализации документов иностранного происхождения проходят процедуру, установленную различными международными договорами, что также относится к специфической про цедуре оформления довере нности, необходимой для ее действительности).

Суд кассационной инстанции оставил без рассмотрения кассационную жалобу, подписанную от имени международной предпринимательской компании Alloys Trading Ltd неуполномоченным лицом. Последним была представлена доверенность, подписанная от имени директора компании, доказательств полномочий которого не представлено. Кроме того, суд отметил, что в соответствии со статьей 11 Гаагской конвенции 1961 г. на иностранных официальных документах проставляется апостиль. Апостилем удостоверяется подлинность подписи, качества, в котором выступало лицо, подписавшее документ, и в надлежащем случае подлинность печати и штампа, которыми скреплен документ. Поскольку доверенность, на основании которой подана кассационная жалоба, не имеет апостиля, то нет оснований полагать, что эта доверенность выдана в соответствии с требованиями Гаагской конвенции, а значит, кассационная жалоба подписана неуполномоченным лицом.

Кроме того, из действующего кодекса обоснованно изъяты предусмотренные ранее в статье 49 АПК РФ 1995 года правила оформления доверенности, выдаваемой гражданином, поскольку фактически статья 49 воспроизводила основные положения статьи 185 ГК РФ (особенно части четвертой, предусматривающей упрощенный порядок оформления доверенности для получения заработной платы, пособий и вкладов в банках).

В соответствии с пунктом 5 статьи 61 АПК РФ доверенность от имени организации должна быть подписана ее руководителем или иным уполномоченным на это ее учредительными документами лицом и скреплена печатью организации. Представляет интерес тот факт, что и в ГК РФ, и в АПК РФ доверенность является фактически единственным документом, для оформления которого печать указывается в числе обязательных реквизитов (такой реквизит для иных документов в сфере коммерческого оборота не предусмотрен в том числе и Законом РФ от 21.11.96 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете», хотя используется повсеместно и воспринимается, на наш взгляд, как обычай делового оборота).

При разработке нового кодекса планировалось также установить обязательное оформление доверенности на официальном бланке организации, однако такое понятие в действующем законодательстве отсутствует, и техническая невозможность оформить доверенность на таком бланке не может ограничивать процессуальное право организации на ведение дела в арбитражном суде добровольным представителем.

Кроме того, при оформлении доверенности необходимо учитывать императивные требования Гражданского кодекса РФ. Гражданское законодательство указывает, что представительство возможно при совершении гражданско-правовых сделок, что не входит в предмет правового регулирования гражданского и арбитражного процессуального права. По этой причине, применяя статью 185 ГК РФ для определения понятия доверенности, необходимо учитывать, что понятие представительства в гражданском и арбитражном процессе является иным, нежели указано в статье 182 ГК РФ . В статье 186 ГК РФ предусмотрено, что срок действия доверенности не может превышать трех лет. Если срок в доверенности не указан, она сохраняет силу в течение года со дня ее совершения. Доверенность, в которой срок ее действия не указан, ничтожна. Обязательными условиями для доверенности, выданной организацией, являются подписание ее руководителем или иным уполномоченным на это учредительными документами лицом и наличие на довер енности печати. Доверенность, выданная с нарушением этих условий, не подтверждает полномочия на ведение дела. Доверенность, выданная в порядке передоверия, обязательно должна быть нотариально удостоверена.

Так, суд апелляционной инстанции необоснованно принял заявление об отказе от апелляционной жалобы, так как полномочия лица, подписавшего апелляционную жалобу и заявившего отказ, надлежащим образом не были удостоверены: доверенность, выданная в порядке передоверия, в нарушение пункта 3 статьи 187 Гражданского кодекса РФ (Статья 187 ГК РФ) нотариально не удостоверена.

Также должна быть надлежащим образом заверена (нотариально удостоверена) копия доверенности, представляемая суду для подтверждения полномочий на совершение того или иного процессуального действия. Представления незаверенной копии доверенности при обжаловании судебного акта со ссылкой на то, что подлинник данного документа представлялся суду первой инстанции, недостаточно: требование о надлежащем заверении должно быть соблюдено.

Представителем по одной доверенности должно быть одно лицо. Деятельность нескольких представителей от имени одного представляемого возможна на основании, соответственно, нескольких доверенностей. Представляемый может в доверенностях разным лицам установить разный объем прав, а также указать, что какое-либо процессуальное действие совершается только при условии совместных действий нескольких представителей (например, для признания иска необходимо, чтобы иск от имени представляемого был признан двумя из трех представителей, что должно реально обезопасить представляемого от недобросовестных или некомпетентных действий представителя).

Не исключается возможность предусмотреть в одной доверенности право представителя на ведение всех дел представляемого и в арбитражных судах, и в судах общей юрисдикции, и даже в делах, рассматриваемых в рамках уголовного судопроизводства (если из текста такое толкование следует буквально и необходимые специальные полномочия отдельно оговорены).

Несмотря на кажущуюся четкость формулировок норм ГК РФ и АПК РФ, на практике многие вопросы остаются неразрешенными.

В частности, нами уже затрагивалась проблема статуса участников полного (и коммандитного) товарищества, ведущих дела своей организации в арбитражном суде. Равно не разрешена проблема оформления полномочий таких участников. Возможно, следует учесть порядок оформления полномочий законных представителей, которые обязаны представить суду документы, удостоверяющие их статус и полномочия. Следовательно, участнику полного товарищества необходимо будет представить паспорт и учредительный договор.

Законные представители лиц, не обладающих полной дееспособностью, также обязаны представлять соответствующие документы: паспорт родителей (усыновителей), свидетельства о рождении детей, акт об усыновлении, опекунское или попечительское удостоверение. Законные представители вправе совершать все процессуальные действия, которые могли бы осуществлять в процессе сами представляемые, если бы они обладали процессуальной дееспособностью.

В отличие от других представителей законные представители имеют право самостоятельно совершать без особых на то полномочий все распорядительные действия, перечисленные в пункте статьи 62 кодекса. Однако в некоторых случаях для совершения таких действий необходимо учитывать ограничения, установленные действующим законодательством. В частности, в соответствии со статьей 37 ГК РФ доходы подопечного гражданина расходуются опекуном или попечителем исключительно в интересах подопечного и с предварительного разрешения органа опеки и попечительства.

Нельзя не затронуть многолетнюю дискуссию о порядке оформления полномочий самого частого представителя в судебном процессе — адвоката. Россия знала три Арбитражных процессуальных кодекса, и ни один из них на этот вопрос не дал однозначного ответа. В 1992 году было установлено, что полномочия адвоката удостоверяются «документом, выдаваемым юридической консультацией» без уточнения, что именно является таким документом (статья 36). В 1995 и 2002 годах законодатель ограничился одинаковой отсылочной нормой: «удостоверяются в соответствии с федеральным законом» (статьи 49 и 61 соответственно).

Такая неопределенность привела к возникновению прямо противоположных научных концепций.

Согласно первой из них процессуальный закон не требует от адвоката представлять какие-либо доказательства наделения его полномочиями со стороны представляемого, которые удостоверяются ордером, выдаваемым юридической консультацией. Такой ордер выдается за подписью заведующего юридической консультацией и выражает собой поручение одному из членов Коллегии адвокатов на ведение конкретного дела лица, обратившегося за юридической помощью. Более того, «суд не вправе требовать от адвоката представления доказательств обращения конкретного лица за юридической помощью и допускает его в процесс вне связи с его отношениями с представляемым, а лишь по воле самого адвоката». Что осталось неясным, так это порядок предоставления адвокату специальных полномочий представителя — необходимо ли их указывать в ордере, или их наличие подразумевается само собой.

Прямо противоположную позицию занимает Д. Ф. Жарков: «Не ясно, какие полномочия дает ордер; он не может в полной мере засвидетельствовать волеизъявление стороны на избрание именно данного адвоката в качестве своего представителя. Таким образом, полномочия адвокатов как добровольных представителей должны подтверждаться в общем порядке — путем выдачи доверенности».

И наконец, московская школа в лице М. К. Треушникова и В. М. Шерстюка предложила компромиссный вариант: при наличии ордера адвокат допускается в процесс и приобретает право на совершение от имени представляемого всех процессуальных действий, которые вправе совершать сам представляемый в суде. Но все специальные полномочия, перечисленные в пункте 2 статьи 62 АПК РФ, должны быть специально предусмотрены в доверенности, выданной представляемым. Этот вопрос так и остался бы неразрешенным ни в теории, ни в судебной практике, если бы во вновь принятом Федеральном законе «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» 2002 года не появилась обратная отсылка: «В случаях, предусмотренных федеральным законом, адвокат должен иметь ордер. В иных случаях адвокат представляет доверителя на основании доверенности» (статья 6). Если исходить из того, что АПК РФ в действующей редакции как федеральный закон не предусматривает такого понятия, как ордер адвоката, спор о порядке оформления полномочий последнего разрешился в по льзу доверенности.

Так, были отклонены доводы ОАО «Внешторгбанк» о том, что законом не установлены ограничения участия адвоката в арбитражном процессе при наличии ордера. Суд указал на то, что ордер, выданный юридической консультацией, на наличие которого ссылается податель жалобы, является доказательством существования договорных отношений по юридическому обслуживанию, но не подтверждает, что адвокат юридической консультации наделен специальными полномочиями. Объем переданных доверителем представителю полномочий определяется выданной ему доверенностью.

Надо сказать, что судебная практика ранее знала два противоположных варианта решения проблемы.

При рассмотрении дела № 4707 суд указал, что выданный адвокату истца в адвокатском бюро ордер является надлежащим образом оформленным документом на представление интересов истца. По сложившей практике в гражданском, уголовном и арбитражном судопроизводстве адвокат действует на основании ордера, выданного юридической консультацией, а в полномочия суда не входит исследование вопроса, на каком основании выписан этот ордер.

Следует отметить, что арбитражный процесс, как и любое процессуальное право, является достаточно жестко формализованным. По этой причине наделение процессуальными правами и возложение процессуальных обязанностей происходит только при наличии состава юридических фактов, четко указанных в законе. Для допуска представителя к участию в процессе недостаточно одного договора поручения, в связи с чем представляется необоснованной высказанная в научной литературе позиция, что работник юридической фирмы, с которой организация заключила соответствующий договор, может действовать по доверенности организации или документа фирмы, содержащего поручение на ведение дела (выделено автором).

Договор на оказание юридических услуг не может быть в основе процессуального представительства, поскольку возмездное оказание услуг не предполагает наделение одного лица полномочиями выступать от имени другого, даже если в данном случае есть элементы смешанного договора с использованием структуры посредничества.

По этой же причине представляется неприменимой предусмотренная ГК РФ конструкция участия в гражданских правоотношениях лиц, действующих в чужих интересах без поручения. В случае отсутствия поручения такой представитель просто не будет допущен в процесс.

Недопустимо представление интересов организации в суде только на основании трудового договора. При разработке АПК РФ 2002 года высказывались предложения упростить порядок подтверждения полномочий штатных работников организаций, например наделить юрисконсультов правом действовать в процессе от имени организаций на основании служебного удостоверения. Однако исковая работа вовсе не обязательно включается в права и обязанности штатного юрисконсульта, а потому такое предложение кажется нецелесообразным.

С учетом нововведений 2002 года многие задают вопрос, возможно ли штатному работнику организации представлять интересы последней только на основании доверенности, без предъявления суду трудового договора.

Как уже говорилось, АПК РФ не определил ни само понятие штатного работника, ни документы, которыми подтверждается подобный правовой статус представителя на стадии признания полномочий последнего. Для упрощения процедуры в постановлении Пленума ВАС РФ № 11 от 09.12.02 содержится указание на необходимость представления прежде всего доверенности, в которой указывается на статус представителя как работника по трудовому договору, чем на практике и ограничивается арбитражный суд первой инстанции. Однако само по себе такое указание не может быть надлежащим и бесспорным доказательством полномочий представителя, а суд в соответствии с АПК РФ не лишен права затребовать любые иные доказательства, которыми могут быть приказ о назначении, штатное расписание, трудовой договор и иные документы, список которых ничем не ограничен. К сожалению, подобная неопределенность неизбежно приведет к злоупотреблениям со стороны участников процесса, а быть может, и суда.

8. Признание полномочий представителя

Статья 63 АПК РФ 2002 года , аналога которой в 1995 году не было, посвящена регулированию процедуры проверки полномочий лиц, участвующих в деле, и их представителей. Такая проверка является обязанностью арбитражного суда и осуществляется на основании исследования документов, предъявленных указанными лицами суду. В случае непредставления таких документов, их несоответствия требованиям закона, а также нарушения статей 59 и 60, регулирующих субъектный состав представителей, суд отказывает в признании их полномочий на участие в деле, на что указывается в протоколе судебного заседания.

Следует учитывать, что подача апелляционной (кассационной) жалобы от имени лица, участвующего в деле, неуполномоченным лицом, в том числе и по доверенности, оформленной ненадлежащим образом, может явиться лишь основанием для оставления жалобы без движения. И только в случае, если обстоятельства, послужившие основанием для оставления жалобы без движения, не устранены, она должна быть возвращена ее подателю. Это правило распространяется и на подачу искового заявления.

При разработке проекта АПК РФ указанная процессуальная норма имела несколько иное содержание: было установлено, что при непризнании арбитражным судом полномочий представителя выносится соответствующее определение, право обжалования которого не предусматривалось. В число процессуальных нарушений, влекущих отмену судебного акта, необоснованный отказ в признании прав представителя не включен и действующим кодексом. Кроме того, представляется нечеткой норма пункта 3 анализируемой статьи об обязанности суда приобщить к делу документы, подтверждающие полномочия представителя, или занести сведения об этих документах в протокол. Невозможно сделать однозначный вывод о том, все ли документы приобщаются к делу: только подтверждающие полномочия представителя или в том числе и отвергнутые судом как ненадлежащие. Исключение последней группы документов на практике могло бы привести к невозможности представить вышестоящим инстанциям доказательства необоснованного недопущения представителя к участию в процессе.

Таким образом, механизмы защиты прав лица, оставшегося без представителя и, как следствие, без правовой защиты, в Арбитражном процессуальном кодексе РФ недостаточно разработаны. Конечно, в силу принципа гласности и открытости судебного разбирательства суд не может удалить из зала судебного заседания «непризнанного» юриста, который сможет оказывать минимальную правовую помощь присутствующему в зале руководителю своей организации, но для квалифицированной деятельности одного права присутствия в зале недостаточно.

Представляется необходимым возвратить изъятую из проекта АПК РФ норму о принятии судом определения об отказе в признании полномочий представителя на участие в деле, а также допустить возможность обжалования этого определения.

Интересный вопрос, требующий отдельного упоминания и обсуждения, возникает при ошибочном допуске в процесс в качестве представителя лица, не представившего суду доверенность.

Судебная практика, строившаяся на Уставе гражданского судопроизводства 1864 г., гласила, что, если тяжущийся впоследствии подтвердит действия лица (даже в суде вышестоящей инстанции), выступавшего в суде в качестве его поверенного, но не представившего доверенность, то такие действия являются действительными, совершенными от имени тяжущегося.

Однако согласно императивным требованиям статьи 126 АПК РФ к исковому заявлению (а также к заявлениям и жалобам, подаваемым в порядке производства по делам, возникающим из административно-правовых отношений, и особого производства) должна быть приложена доверенность или иные документы, подтверждающие полномочия на подписание заявления. Последствием нарушения этой нормы в соответствии со статьей 128 АПК РФ является оставление заявления без движения, а затем — его возвращение подателю (институт отказа в принятии иска, предусмотренный АПК РФ 1995 года, в 2002 году был упразднен).

Если дело все же было принято к производству и уже в судебном процессе было установлено, что заявление от имени заинтересованного лица подано лицом, не имеющим полномочий на ведение дела, то такое заявление на основании статьи 148 АПК РФ оставляется без рассмотрения.

Таким образом, требование о наличии полномочий на ведение дела у представителя относится к тому времени, когда эти действия совершаются. В частности, лицо должно быть уполномочено на подачу искового заявления именно в тот момент, когда оно представляется суду.

Подача заявления неуполномоченным лицом противоречит принципу диспозитивности, в соответствии с которым «только от воли лица, право или законный интерес которого пострадали, зависит судебная защита этого права или законного интереса». Следовательно, нормы ГК РФ о последующем одобрении сделки представляемым также неприменимы к арбитражному процессу.

О. А. Буракова, старший юрист СПС «КонсультантАрбитраж:Северо-ЗападныйОкруг», заместитель главного редактора журнала «Арбитражные споры»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *