Юридическая практика. Информационный бюллютень центра права специального юридического факультета СПБГУ №7 часть1

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО ГРАВДАНСКИМ ДЕЛАМ 1. Суд, признав по своей инициативе притворным договор даре¬ния и действительным договор купли-продажи квартиры, допустил существенное нарушение норм процессуального права, а именно, ст. 195 ГПК РСФСР. Суд в нарушение п."а" ст. З Закона РФ "О государственной пошлине" неправильно взыскал госпошлину в доход государства, исходя из стоимости квартиры, по иску неимущественного характера. Решение суда не может быть признано законным и обоснован¬ным, если при новом рассмотрении дела в нарушение ст. 314 ГПК РСФСР не выполнены указания вышестоящей судебной инстанции о привлечении дополнительных ответчиков по делу и о даче правовой оценки действий истицы по приватизации квартиры, обмену и от¬чуждению ее по договору дарения лицу, не участвовавшему в обмене жилой площади. Ненашева обратилась в Выборгский городской суд Ленинградской об-ласти с иском к Клименко Г. о нечинении препятствий во вселении и проживании в жилой комнате размером 15,3 кв.м в коммунальной квар¬тире , предоставленной ей на основании ордера от 5 февраля 1993 г. Ответчик иск не признал и предъявил встречный иск к Ненашевой и Клименко В. (бывшей жене) о признании обмена жилой площади недей-ствительным, ссылаясь на то, что этим обменом нарушены права его несовершеннолетнего сына, поскольку он оказался фактически лишенным жилой площади. Клименко В. произвела обмен спорной жилой площади на однокомнат-ную квартиру в г.Выборге Ленинградской области. Однако ни она, ни их несовершеннолетний сын в квартиру не вселились и не прописались. 4 февраля 1993 г. Ненашева приватизировала эту квартиру, а после со-вершения обмена б февраля 1993 г. подарила Тонковой . Решением Выборгского городского суда Ленинградской области от 29 ноября 1995 г. в иске Клименко Г. к Ненашевой и Клименко В. о при¬знании обмена недействительным было отказано. Суд обязал Клименко Г. не чинить Ненашевой препятствий во вселении и проживании в комнате размером 15,3 кв.м . Кроме этого, суд признал договор дарения квартиры от б февраля 1993 г., заключенный между Не-нашевой и Тонковой, притворным, а договор купли-продажи этой квартиры, фактически состоявшийся между Тонковой и Ненашевой, дей¬ствительным. При этом суд взыскал с Клименко Г. в доход государства госпошлину в размере 651 тыс. 396 руб. В кассационном порядке дело не рассматривалось. В кассационном порядке дело не рассматривалось. В протесте прокурора Ленинградской области ставился вопрос об отмене решения суда в части признания договора дарения от 6 февраля 1993 г. притворным и признания действительным договора купли-продажи квартиры, а также взыскания с Клименко Г. госпошлины в доход госу¬дарства в сумме 651 тыс. 396 руб. Президиум Ленинградского областного суда удовлетворил протест прокурора по следующим основаниям. Иск о признании действительным или недействительным договора дарения квартиры, заключенного между Ненашевой и Тонковой 6 февраля 1993 г., в установленном законом порядке никто не предъявлял. Таким образом, суд по своей инициативе признав притворным договор дарения квартиры от 6 февраля 1993г. и действительным договор купли-продажи квартиры, допустил существенное нарушение норм процессуального закона, а именно, ст. 195 ГПК РСФСР. Клименко Г. не предъявлял требований о признании недействительными указанных сделок. Заявленный им иск носит неимущественный характер, и поэтому суд неправильно взыскал с него в нарушение п."а" ст.З Закона РФ "О государственной пошлине" госпошлину в доход государства в сумме 651 тыс. 396 руб., исходя из стоимости квартиры. Из материалов дела также видно, что определением Судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 12 сентября 1995 г. было отменено решение Выборгского городского суда Ленинград¬ской области от 31 мая 1995 г. и суду было предложено дать правовую оценку действиям Ненашевой по приватизации занимаемой ею квартиры 3 февраля 1993 г., обмена ее 5 февраля 1993 г., а затем и дарения этой квартиры Тонковой б февраля 1993 г. Суду также было предложено при¬влечь к участию в деле в качестве ответчиков Тонкову, Федотова, Желвакова. Однако суд при новом рассмотрении дела в нарушение ст. 314 ГПК РСФСР эти указания Судебной коллегии по гражданским делам прак-тически не выполнил. При таких обстоятельствах решение суда в целом законным и обосно¬ванным признано быть не может. Президиум Ленинградского областного суда, руководствуясь 329 ГПК РСФСР, постановил отменить решение Выборгского городского суда Ле¬нинградской области от 29 ноября 1995 г. и направить дело на новое рассмотрение в тот же'суд. 2. Договор аренды жилого помещения является основанием для предоставления военнослужащим компенсации, предусмотренной п. 6 ст. 15 Закона Российской Федерации «О статусе военнослужа¬щих» Шенников И.Н. обратился в суд с иском о возмещении ущерба к адми¬нистрации Кировского района. Как видно из материалов дела, истец Щенников, офицер запаса МО РФ, с декабря 1992 г. с семьей из 4-х человек состоит на учете в адми-нистрации Кировского района Санкт-Петербурга по предоставлению жилой площади. В соответствии с п. 6 ст. 15 Закона РФ «О статусе военно¬служащих», введенного в действие с 1 января 1993 г., в случае невозможности обеспечения военнослужащего помещением в 3-месячный срок, ему выплачивается компенсация за наем (поднаем) жилых помеще¬ний. С 1 января по 1 апреля 1995 г Щенников с семьей арендовал жилое помещение у собственника квартиры Варламовой, внося ежемесячную арендную плату в размере 1 млн. руб. Кировский районный суд отказал Щенникову в возмещении понесен-ных затрат, исходя из того, что договор аренды не является основанием для предоставления компенсации по оплате жилья ввиду различия право¬вых режимов найма и аренды жилого помещения. Суд первой инстанции сослался также на то, что механизм выплаты военнослужащим, уволенным с военной службы, денежной компенсации за наем (поднаем) жилых по¬мещений введен в действие лишь с 26 июня 1995 г. Положением «О порядке оказания безвозмездной финансовой помощи на строитель¬ство (покупку) жилья и выплаты денежной компенсации за наем (поднаем) жилых помещений военнослужащим и гражданам, уволенным с военной службы», утвержденным постановлением Правительства РФ от 26 июня 1995 г. № 604. Судебная коллегия Санкт-Петербургского городского суда не согласи¬лась с решением районного суда. Вынося определение от 2 апреля 1996 г. об отмене решения районного суда, коллегия указала, что в соответствии с п. 6 ст. 15 Закона РФ «О статусе военнослужащих» Щенников вправе тре¬бовать выплаты денежной компенсации применительно к компенсации за наем (поднаем) жилого помещения, так как названный Закон подлежит применению с момента введения его в действие. Что же касается размера компенсационной выплаты, то, поскольку в период аренды жилого поме¬щения Щенниковым механизм реализации названного Закона отсутствовал, при определении размера выплаты следует исходить из реально складывающейся на рынке жилья платы за наем (поднаем) жило¬го помещения. 3. Наследникам члена жилищно-строительного кооператива было отказано в иске о признании за ними права собственности на квар-тиру, так как на момент вступления в силу Закона "О собственности в СССР" спорная квартира уже была передана другим лицам. Краснов Ю. и Краснова И. обратились в Выборгский городской суд Ле¬нинградской области с иском о признании за ними права собственности на квартиру, о признании недействительным ордера на эту квартиру, выдан¬ного семье Малковых, и выселении последних из спорной квартиры. Квартира находилась в доме ЖСК и в ней проживал родственник Красно¬вых - Римкевич, который умер 24 января 1990 г. В 1979 г. Римкевич сделал завещание, по которому все свое имущество, в том числе и паенакопле- ния, он завещал Красновым и Брен в равных долях. На момент смерти пай за квартиру был полностью выплачен. На основании Закона СССР "О соб¬ственности в СССР" от 6 марта 1990 г. истцы просили признать за ними право собственности на спорную квартиру. ЖСК-1 г. Выборга предъявил встречный иск к Красновым о признании недействительным свидетельства о праве на наследство по завещанию в ввиде 2/3 долей в праве собственности на спорную квартиру , указывая, что по Уставу ЖСК и действующему на момент смерти Римкевича законодательству наследники по завещанию имели право на получение пая, а не квартиры в собственность. ЖСК правомерно предоставил спорную квартиру нуждающемуся члену кооператива Малкову и его семье. Выборгский городской суд Ленинградской области решением от 20 мая в иске Красновым отказал и удовлетворил встречный иск ЖСК-1. В кассационном порядке дело не рассматривалось. Протест прокурора Ленинградской области, в котором ставился вопрос об отмене решения суда как постановленного с нарушением норм матери¬ального и процессуального права, не был удовлетворен по следующим основаниям. Спорная квартира была распределена в установленном порядке б марта 1990 г. и предоставлена члену кооператива до вступления в силу Закона "О собственности в СССР". Завещание было составлено Римкевичем в 1979 г. Пай за квартиру был внесен полностью в 1986 г. Римкевич после уплаты пая и до своей смерти новое завещание не составлял, ранее же составленное им завещание каса¬лось лишь распоряжения паем, а не самой квартиры. После смерти члена кооператива все наследники приняли наследство в течение б месяцев. При этом Брен 31 декабря 1990 г. получила причитающуюся ей по завещанию 1/3 долю в паенакоплении. Красновы отказались от получения своих долей в паенакоплении и 24 ноября 1992 г. получили свидетельство о пра¬ве на наследство по завещанию на 2/3 доли в праве собственности на квартиру. На момент открытия наследства после смерти Римкевича Закон СССР "О собственности в СССР" еще не вступил в силу. И хотя постановлением Верховного Совета РСФСР от 24 октября 1991 г. действие п.2 ст.7 этого за¬кона было распространено на наследство, открывшееся до 1 июня 1990 г. при условии, что на момент введения закона не истек шестимесячный срок со дня открытия наследства, суд исходил из того, что спорная квартира не могла быть наследственным имуществом после смерти Римкевича, так как право на эту квартиру уже было передано другим лицам на момент вступ¬ления закона в силу. Поэтому решение Выборгского городского суда Ленинградской области об отказе Красновым в иске и удовлетворение встречного иска ЖСК было признано Президиумом Ленинградского об¬ластного суда как обоснованное и законное и оставлено без изменения. 4. Требования ст. 115 Жилищного кодекса РСФСР не исключают рассмотрение по существу жалоб на решения общих собраний ЖСК, а также их органов управления и должностных лиц Определением Выборгского районного суда от 10 апреля 1996 г. было прекращено производство по жалобе Тихомирова С.Н. и др. на неправо¬мерное действие председателя ЖСК-518, Максименко Л.И., и о признании общего собрания членов ЖСК-518 от 18 мая 1994 г. неправомерным. Районный суд в определении о прекращении производства по делу ука¬зал, что данный спор суду неподведомствен, поскольку контроль за деятельностью ЖСК осуществляется администрацией района. В письме главы администрации Выборгского района от 25 мая 1995 г. указано, что у администрации нет оснований для признания общего собрания членов ЖСК-518 от 18 мая 1994 г. неправомочным. Суд Выборгского района пред¬ложил заявителям обратиться с жалобой на решение администрации. Определением Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 4 июня 1996 г. определение Выборгско¬го районного суда оставлено без изменения, а частная жалоба Тихомирова С.Н. и др. - без удовлетворения. При этом Судебная коллегия городского суда указала, что суд обоснованно исходил из положений п. 2 ст. 10 Закона СССР «О кооперации в СССР», которые ограничивают право суда на вме¬шательство во внутреннюю деятельность кооператива. Президиум Санкт-Петербургского городского суда с такой позицией не согласился и постановлением от 6 ноября 1996 г. отменил определение Выборгского районного суда и Судебной коллегии городского суда, ука¬зав, что заявители правильно основывали предъявленные требования на Законе РФ от 27 апреля 1993 г. «Об обжаловании в суд действий и реше¬ний, нарушающих права и свободы граждан», в силу ст. 2 которого в суд могут быть обжалованы как единоличные, так и коллегиальные действия (решения) государственных органов, органов местного самоуправления, учреждений, предприятий и их объединений, общественных объедине-ний. В соответствии же с разъяснениями, содержащимися в п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 1993 г. «О рассмотрении судами жалоб на неправомерные действия, нару-шающие права и свободы граждан», в суд могут быть обжалованы как решения общих собраний жилищно-строительных кооперативов, так и органов их управления и должностных лиц. Таким образом, суд необосно¬ванно прекратил производство по настоящему делу, не приняв во внимание требований закона. Ссылка на Закон «О кооперации в СССР» является необоснованной, требования же ст. 115 Жилищного кодекса РСФСР не исключают рассмотрение по существу жалоб на решения общих собраний ЖСК, а также их органов управления и должностных лиц. жилого помещения как о расторжении договора передачи этого жилого помещения в собственность граждан.9 Надо, однако, заметить, что в некоторых случаях законодатель отсту-пает от традиционных представлений о взаимоотношениях сторон договора после его исполнения. Так, в ст. 578 ГК РФ впервые предусмот¬рено нетрадиционное для нашего гражданского законодательства право дарителя отменить дарение уже после того, как договор был исполнен. Аналогия в данном случае уместна только в том смысле, что целью дого¬вора дарения, так же как и при приватизации, является безвозмездная передача имущества в собственность одаряемого. И хотя договор испол¬нен, дарителю в силу закона предоставлено право отмены дарения в строго оговоренных случаях. Закрепление этого права означает ограниче¬ние прав собственника (одаряемого), и вытекает оно из безвозмездности договора дарения. Главное же в рассматриваемой ситуации в том, что благодаря вышеизложенному правилу можно считать, что даритель и одаряемый состоят в относительных правоотношениях между собой до тех пор. пока не произойдет отчуждение подаренной вещи третьему-лицу или не умрет даритель.10 Если бы законодатель избрал подобный способ возвращения сторон договора приватизации в первоначальное положение, то это значительно упростило бы проблему «деприватизации». Предоставить гражданину право вернуть в собственность государства приватизированную квартиру, сохранив за собой право пользоваться ею на основании договора найма, можно, только закрепив его в самом законе о приватизации. Это означало бы предоставление собственнику приватизированного жилого помещения дополнительного правомочия - обменять право собственности на право пользования жилым помещением на условиях договора социального найма. Практика оформления деприватизации в Санкт-Петербурге отличается от московской. В Положении о приватизации жилищного фонда в Санкт-Петербурге от 25 мая 1994 г. предусмотрено право каждого гражданина, имеющего на праве собственности приватизированную квартиру, пере¬дать ее в дар городской или районной администрации, а для городской (районной) администрации предусмотрена соответствующая обязанность принять квартиру в дар и заключить с гражданином договор найма жило¬го помещения(п. 22 Положения). Все это администрация должна осуществить «в порядке, предусмотренном гражданским законодатель¬ством». Развитие и конкретизацию указанные права и обязанности получили в Письме Жилищного комитета мэрии Санкт-Петербурга от ' См.: Корнеев СМ., Крашенинников П.В. Приватизация жилищного фонда. За-конодательство и практика. М., 1996. С. 82-83. 10 Высказывается и. иное мнение на этот счет. Авторы Комментария ко второй части ГК РФ считают, что «если вещь возвращена дарителю по взаимному согла¬сию, то подобное соглашение следует рассматривать как новый договор дарения» // Масевич М.Г. / Комментарий к ГК РФ части второй (постатейный) .Под ред. О.Н.Садикова - М., 1996. С. 155. 80 27.02.95 г. № 15-96 "О передаче гражданами в порядке дарения привати¬зированных квартир в государственную собственность Санкт-Петербурга", которым утверждена Временная инструкция с аналогичным названием. Согласно этой инструкции процедура оформления включает несколько этапов, в том числе.заключение договора дарения в нотариальной форме и выдача ордера на занимаемое собственниками жилое помещение. За¬ключение договора найма происходит на основе ордера. Предусмотренный инструкцией порядок противоречив и не соответ-ствует сути оформляемых отношений. При вышеизложенной процедуре отношения дарения отрываются от отношений по предоставлению жилого помещения в пользование и не случайно: законодательство не допускает совершения сделок дарения под условием предоставления права бессроч¬ного проживания. Во всех случаях, кроме деприватизации в связи с получением нового жилья, граждане преследуют единственную цель - вернуть свой прежний статус нанимателя жилого помещения в государственном (муниципальном) жилищном фонде. Эта цель напрямую связана с отчуждением приватизи¬рованного жилого помещения государству и является условием отчуждения. Если переход права собственности от гражданина к госу¬дарству происходит на основании нотариально удостоверенного договора, то и право пользования отчуждаемым жилым помещением должно оговариваться в том же договоре. Сделка по передаче в собствен ность государства приватизированной книрщры < ус ионием сохранении права проживания в ней отчужд.немеи m i с дел» .i и| шмс предус мш ренная законодательством, но не мрсиииореч.иц.ш ему Он отождествляться ( дарением, ык K.IK неНПНИГК Предусмотренный Времс >и иск ipymncn m>i ? последующего заключения дотнор.1 H.IHM.I (п II, образен, так как в случае деприн.ии мщш свободного жилого помещения, а определение пр.»в момыомнии бывшего собственника (сособственников) и членов его семьи п чуждения квартиры в собственность государства, т.е. сохранение прааа проживания этих лиц, но уже на условиях договора найма. При осуществлении «деприватизации» бывшие собственники не нуж-даются в получении ордера на жилое помещение. Их право пользования возникает прямо из договора, по которому они передают право собственности государству. На регулирование изложенной ситуа-ции ст. 21 Закона РФ от 24 декабря 1992 г. «Об основах федеральной жилищной политики» не рассчитана, так как в ней предусматриваются основания заселения жилого помещения (следовательно, речь идет о свободном помещении). В случае же деприватизации происходит измене¬ние оснований пользования жилым помещением. Прекращение права собственности у отчуждателя приводит не только к возникновению права у приобретателя, но и одновременно к обременению передаваемого по договору имущества правами отчуждателя. И те и другие возникают толь¬ко из договора, заключаемого сторонами, находящимися в 5. Право офицера военной прокуратуры на первоочередное пре-доставление жилой площади может быть реализовано в порядке, предусмотренном Законом РФ «О статусе военнослужащих» П. обратился в суд с иском об обязании Администрации Санкт-Петербурга и Жилищного комитета предоставить ему жилую площадь, ссылаясь на положение ст. 44 Федерального закона «О прокуратуре РФ». Решением Смольнинского суда Центрального района Санкт-Петербурга от 8 октября 1996 г. иск был удовлетворен. Cудебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 31 октября 1996 г. решение суда оставила без изменений. Президиум городского суда, проверив материалы дела, постановлением от 29 января 1997 г. удовлетворил протест председателя Санкт-Петербургского о городского суда по следующим основаниям. Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из положений ст. 44 Закона РФ «О прокуратуре РФ», предусматривающей обязанность органов исполнительной власти субъектов РФ и органы местного самоуправления предоставлять прокурорам и следователям, назначенным на должность и нуждающимся в улучшении жилищных усло¬вий, благоустроенное жилое помещение в виде отдельной квартиры или дома в государственном или муниципальном жилом фонде в первооче¬редном порядке, но не позднее 6 месяцев, независимо от срока их проживания в данном населенном пункте. Истец приказом главного военного прокурора от 2 июня 1996 г. был назначен на должность помощника военного прокурора военно-морских частей Санкт-Петербургского гарнизона. Офицерский состав военной прокуратуры состоит на действительной военной службе и на него распространяется действие Закона РФ «О воин¬ской обязанности и военной службе» от 11 февраля 1993 г. Основы государственной политики по правовой и социальной защите военнослужащих установлены Федеральным законом РФ «О статусе воен¬нослужащих» от 22 января 1992 г. В частности, статья 15 закона предусматривает, что военнослужащим, проходящим военную службу, жилые помещения по новому месту службы предоставляются за счет жило¬го фонда, переданного в пользование Министерству обороны РФ и другим министерствам и ведомствам РФ, в войсках которых они проходят службу. Таким образом, право истца на первоочередное предоставление жилой площади, как занимающего должность помощника прокурора, может быть реализовано в порядке, предусмотренном Законом РФ «О статусе военнослужащих». Учитывая изложенное, Президиум Санкт-Петербургского городского суда решил, что оснований для возложения на Администрацию Санкт-Петербурга обязанности по предоставлению П. в первоочередном порядке жилой площади не имеется, и в иске П. отказал, не направляя дело на новое рассмотрение. 6. Нормы ст. 46 ЖК РСФСР, ч. 2 ст. 18 Закона РФ «Об основах феде¬ ральной жилищной политики» применимы только к освободившейся жилой площади, но не к жилой площади, которая уже была свобод¬ ной на момент поселения истца Супруги Пуденковы вместе с несовершеннолетним сыном с 1994 г. про¬живают в комнате размером 23,04 кв. м в коммунальной квартире. В1992 г. в данной квартире освободилась комната размером 15,73 кв. м. Пуденковы обратились в суд с иском к администрации завода «Красный Октябрь», администрации Невского района об обязании передать жилье по договору купли-продажи. Суд установил, что они не обеспечены жилой площадью по норме, что до настоящего времени ордер на комнату не вы¬дан, что ранее супруги занимали еще меньшую жилую площадь и поселились в квартиру в результате обмена. Решением от 18 октября 1995 г. Невский районный суд обязал Невскую районную администрацию передать супругам Пуденковым комнату раз¬мером 15,73 кв. м в квартире по Октябрьской набережной, заключив с ними договор купли-продажи. 25 октября 1996 г., рассмотрев дело по протесту председателя Санкт-Петербургского городского суда. Президиум Санкт-Петербургского город¬ского суда нашел решение районного суда подлежащим отмене как вынесенное с нарушением норм материального и процессуального права. Решение суда не может быть признано законным и обоснованным, по¬скольку на время поселения семьи Пуденковых спорная комната размером 15,73 кв. м была свободной. Нормы же ст. 46 ЖК РСФСР, ч. 2 ст. 18 Закона «Об основах федеральной жилищной политики» применимы только к освободившейся жилой площади. 7. Суд обоснованно признал договор приватизации спорной квартиры недействительным, поскольку в соответствии со ст. 11 РСФСР от 4 июля 1991 г. "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" ответчик не имел права на повторную бес¬ платную приватизацию жилой площади 8 сентября 1992 г. по договору о безвозмездной передаче квартиры в общую совместную собственность граждан администрация Фрунзенского района передала Клементьевой В.А. и ее сыну Климентьеву В.М. в соб¬ственность 2-х комнатную квартиру, расположенную в доме по ул. Турку, размером 27,5 кв. м 22 января 1994 г. Клементьева В.А., являвшаяся матерью Клементьева В.М. и Оганесян Г.М, умерла. После смерти Клементьевой В.А. наследни¬ками по закону являются Клементьев В.М. и его родная сестра Оганесян Г.М. Оганесян Г.М. обратилась в суд с иском о признании договора привати¬зации квартиры частично недействительным, исключении из договора приватизации Клементьева В.М. и признании за ней права собственности на 1/2 часть квартиры. При этом истица обосновывала свои требования тем, что ответчик уже участвовал в бесплатной приватизации квартиры по пр. Маршала Блюхера и не имел права на повторную приватизацию спор¬ной квартиры совместно с матерью. При рассмотрении дела установлено, что Клементьев В.М. действитель¬но ранее приватизировал вместе с женой Клементьевой И.А. 2-х комнатную квартиру по договору от 22 апреля 1992 г., т. е. уже реализовал свое право на приватизацию жилой площади. Однако при оформлении договора приватизации спорной квартиры по ул. Турку Клементьв В.М. об этом не сообщил, чем ввел в заблуждение работников Агентства по прива¬тизации жилой площади. Присутствовавшие в судебном заседании представитель Фрунзенской районной администрации и представители агентств по приватизации Фрунзенского и Красногвардейского районов исковые требования Огане¬сян Г.М. признали и настаивали на исключении Клементьева В.М. из договора приватизации спорной квартиры, так как он уже бесплатно при¬ватизировал квартиру в доме по пр. Маршала Блюхера, при приватизации спорной квартиры по ул. Турку скрыл указанное обстоятельство и тем са¬мым ввел в заблуждение работников Агентства по приватизации жилой площади. Поскольку в судебном заседании свидетели подтвердили, что Клемен¬тьева В.А. при жизни имела намерение приватизировать свою квартиру, обратилась с заявлением о приватизации квартиры и оформила договор приватизации, что помимо свидетельских показаний подтверждено мате¬риалами о приватизации квартиры, приобщенными к делу, суд пришел к выводу, что Клементьева В.А. имела намерение приватизировать кварти¬ру, а поэтому эта квартира должна быть включена в наследственную массу, оставшуюся после ее смерти. Решением суда договор приватизации квартиры, расположенной по ул. Турку, от 8 сентября 1992 г. признан недействительным, указанная квартира включена в наследственную массу, оставшуюся после смерти Клементьевой В.А., и за Оганесян Г.М. и Клементьевым В.М. признано право собственности на 1/2 часть квартиры за каждым. В кассационной жалобе Клементьев В.М. просил решение районного суда отменить, считая его неправильным. 29 мая 1996 г., проверив материалы дела, обсудив доводы кассацион¬ной жалобы. Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда пришла к решению, что при указанных обстоятельствах суд обоснованно признал договор приватизации спорной квартиры недействительным, поскольку в соответствии со ст. 11 Закона «О приватизации» Клементьев не имел права на повторную бесплатную приватизацию жилой площади. По делу также установлено, что Клементьева В.А. одна выразила волю на приватизацию своей квартиры еще 30 октября 1991 г., встав на очередь в Агентство по приватизации жилой площади Фрунзенского района, т. е. до прописки в спорную квартиру сына и в дальнейшем от приватизации не отказалась. Учитывая волеизъявление умершей, суд обоснованно включил спорную квартиру в наследственную массу и признал за Оганесян и Кле- ментьевым право на 1/2 долю квартиры за каждым. Оснований для отме¬ны решения суда по доводам кассационной жалобы не имеется. 8. При решении вопроса о том, кому из проживающих в квартире нанимателей присоединить освободившееся помещение, учиты-вается не только размер занимаемых помещений, но и другие заслуживающие внимания конкретные обстоятельства Виноградова A.M. являлась нанимателем комнаты размером 14,7 кв. м в 4-х комнатной квартире. В связи со смертью Виноградовой, последо-вавшей 15 февраля 1994 г., названная комната, как освободившаяся, была предоставлена семье Першиной Л.А., которая до этого занимала с мужем и двумя несовершеннолетними детьми в указанной коммунальной квар¬тире две комнаты (размером 11,4 и 14,86 кв. м). Смирницкий А.В., являющийся нанимателем комнаты размером 18,4 кв. м в той же квартире, обратился в суд с иском к Петроградской районной администрации и Першиным о признании права на освободившуюся жи¬лую площадь и признании ордера недействительным. В обоснование своих требований истец указал, что его семья в составе четырех человек занимает в указанной квартире лишь одну комнату и нуждается в улучше¬нии жилой площади более чем семья Першиных. Решением Петроградского районного суда от 27 апреля 1995 г. в удо-влетворении требований Смирницкому А.В. и Смирницкой Л.Л. было отказано. Определением Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 10 июля 1995 г. решение суда первой инстанции отменено и вынесено новое решение, которым ордер на спор¬ную комнату, выданный Першиной Л.А., признан недействительным. Освободившаяся комната размером 14,7 кв. м предоставлена Смирницко¬му А.В. и Смирницкой Л.И. с двумя несовершеннолетними детьми в дополнение к занимаемой комнате размером 18,4 кв. м. Зам. председателя Верховного Суда РФ принес на указанное определе¬ние Судебной коллегии протест. Президиум Санкт-Петербургского городского суда в своем постановлении от 6 ноября 1996 г. нашел протест подлежащим удовлетворению по следующим основаниям. Согласно ч. 2 ст. 46 Жилищного кодекса РСФСР освобождающееся изо¬лированное жилое помещение в квартире, где проживает несколько нанимателей, должно предоставляться проживающим в этой квартире гражданам, нуждающимся в улучшении жилищных условий, а при от-сутствии таковых - гражданам, имеющим жилую площадь менее установленной нормы на одного человека (при этом учитывается право на дополнительную жилую площадь). В соответствии с п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Россий¬ской Федерации от 26 декабря 1984 г. «О некоторых вопросах, возникших и судебной практике при применении Жилищного кодекса РСФСР», с из¬менениями и дополнениями, внесенными постановлением Пленума Верховного Суда РСФСР от 29 августа 1989 г., если на освободившееся изолированное жилое помещение претендуют два или более про-живающих в квартире нанимателя, каждый из которых относится к лицам, имеющим право на его получение,, то, решая вопрос, кому из них отдать предпочтение, суду следует исходить из того, кто в большей степени нуж¬дается в улучшении жилищных условий, учитывая при этом размер занимаемых гражданами жилых помещений, состав их семей, а также заслуживающие внимания конкретные обстоятельства (состояние здоро¬вья проживающих, их возраст, планировку помещений и т. п.). Отказывая Смирницким в иске, суд первой инстанции исходил из того, что Смирницкий А.В. стал нанимателем комнаты размером 18,4 кв. м в результате обмена жилыми помещениями с Виноградовым В.М. в октябре 1989 г. До обмена он занимал отдельную двухкомнатную квартиру по ад¬ресу: Светлановский пр., д. 72, корп. 1, кв. 44. Комнатой после обмена он не пользовался. Свою жену Смирницкий В.А. прописал в комнату, нанима¬телем которой является, в марте 1994 г., уже после освобождения комнаты размером 14,7 кв. м. До этого его жена Смирницкая была прописана и пользовалась вместе с детьми двухкомнатной квартирой размером 30,78 кв. м по адресу: пр. Мечникова, д. 8, корп. 2, кв. 79, в которой оста¬лись проживать ее родители Струковы. Поскольку Смирницкие намеренно ухудшили свои жилищные условия, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что они не могут быть признаны в большей степени нуждающимися в улучшении жилищных условий, чем Першины, и в связи с этим Першиным обосно¬ванно выдан ордер на освободившуюся комнату размером 14,7 кв. м. Отменяя решение районного суда и принимая новое решение, Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда указала, что Смирницкие нуждаются в улучшении жилищных условий в большей степени, чем Першины, поскольку на каждого члена семьи Смирницких приходится по 4,6 кв. м жилой площади, а на каждого члена семьи Першиных по 6,6 кв. м Доводы суда о том, что Смирницкие после совершения обмена комнатой 18,4 кв. м не пользовались, кассационная инстанция сочла не имеющими правового значения. Однако с этими выводами согласиться нельзя, так как при решении во¬проса о том, кому из проживающих в квартире нанимателей присоединить освободившееся помещение, учитывается не только размер занимаемых помещений, но и другие заслуживающие внимания конкретные обстоя¬тельства. Суд первой инстанции правомерно учел, что жилищные условия Смирницких ухудшились после освобождения комнаты, о которой возник спор. 9. При рассмотрении дела Судебная коллегия не придала значе-ния такому важному обстоятельству, как недостаточное исследование судом уважительности причины отсутствия ответчика на спорной жилой площади и наличие каких-либо препятствий для его проживания на спорной жилой площади, что повлекло отмену решения Козлова (ранее носившая фамилию Ваткова) обратилась в суд с иском к Ваткову о признании утратившим право пользования жилой площадью. Истица указала, что ее брак с ответчиком был расторгнут в 1992 г. С1 марта 1993 г. ответчик выбыл со спорной жилой площади, перестал выплачивать алименты на ребенка, в связи с чем трижды объявлялся его розыск и воз¬буждено уголовное дело по ст. 122 УК РСФСР В настоящее время истице стало известно, что он создал семью и проживает в республике Карелия. Решением Пушкинского районного суда от 3 сентября 1996 г. в иске Козловой было отказано. Определением Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 14 октября 1996 г. решение суда отме¬нено и дело направлено на новое рассмотрение. 18 декабря 1996 г., проверив материалы дела по протесту председателя Санкт-Петербургского городского суда, Президиум Санкт-Петербургского городского суда установил следующее. Отказывая Козловой в иске, суд первой инстанции признал причину от¬сутствия ответчика на спорной площади уважительной, поскольку истица в 1993 г. вступила в новый брак и проживает с мужем в спорной квартире, а доказательств, подтверждающих, что ответчик обеспечен другой жилой площадью, суду представлено не было. Не подвергая сомнению правильность выводов суда, Судебная колле¬гия тем не менее указала на то, что судом не проверено, вселялся ли ответчик на спорную площадь и приобрел ли он право пользования этой площадью в соответствии со ст. 54 ЖК РСФСР равное с нанимателем, так как к моменту предоставления спорной квартиры уже в браке с истицей не состоял и в квартиру не вселялся. Однако данные обстоятельства не имеют правового значения для раз¬решения спора, возникшего между сторонами и основанного на требованиях ст. 60, 61 ЖК РСФСР. Из материалов дела видно, что право пользования ответчика спорной жилой площадью подтверждается обменным ордером от 19 ноября 1992 г., который выдан Ватковой на семью из 4-х человек с включением в него в том числе и ответчика, поэтому данное обстоятельство не требует допол¬нительного исследования. В то же время Судебная коллегия не придала значения такому важному обстоятельству, как недостаточное исследование судом уважительности причины отсутствия ответчика на спорной жилой площади и наличие ка¬ких-либо препятствий для его проживания на спорной жилой площади. Из объяснений истицы в заседании Президиума Санкт-Петербургского городского суда следует, что ответчик даже не пытался вселиться в спор- ную квартиру. Вывод о невозможности ответчика проживать в спорной квартире сделан судом лишь на основании объяснений истицы и показа¬ний свидетеля Козлова - мужа истицы, показавшего, что он проживает совместно с истицей, но ответчика никогда не видел. Дело рассмотрено в отсутствие ответчика и его объяснения о причинах непроживания на спорной жилой площади в материалах дела отсутствуют. Между тем кассационная инстанция не дала оценки этому обстоятельству. Указав, что в основу определения об отмене решения районного суда кассационная коллегия положила обстоятельства, не имеющие значения для спора, Президиум Санкт-Петербургского городского суда отменил определение Судебной коллегии от 14 октября 1996 г. и дело направил на новое рассмотрение в кассационном порядке в ином составе судей. 10. Удовлетворяя исковые требования в отсутствие ответчиков, суд был лишен возможности проверить их доводы, а также наличие уважительных причин невнесения платы за жилое помещение и предоставить нанимателю в соответствии с п.2 ст.687 ГК РФ срок для устранения нарушений, послуживших основанием для расторжения договора найма жилого помещения Каменская КЭЧ обратилась с иском к Соколовой о расторжении дого-вора найма жилого помещения и о выселении ее и Веркжовой. В обоснование исковых требований истец ссылался на следующие обстоя¬тельства. Соколова прописана одна в 2-х комнатной квартире в пос. Каменка Выборгского района Ленинградской области, с сентября 1995 г. не производит оплату квартирной платы и коммунальных услуг. Задолжен¬ность по состоянию на апрель 1996 г. составляет 274 тыс. 208 руб. Верюкова проживает в квартире без законных оснований, расходов по ее оплате не несет. Решением Выборгского городского суда от 7 мая 1996 г. исковые требо¬вания удовлетворены. В кассационном порядке дело не рассматривалось. В протесте прокурора Ленинградской области поставлен вопрос об от¬мене решения , как постановленного с нарушением норм процессуального права. Из материалов дела видно, что спор разрешен в отсутствие ответчиков, которым не была вручена копия искового заявления и они не были надле¬жащим образом извещены о дне и времени слушания дела. В соответствии с требованиями ч.1 ст.157 ГПК РСФСР в случае неявки в судебное заседание кого-либо из лиц, участвующих в деле, в отношении которых отсутствуют сведения об их извещении, разбирательство дела откладывается. Удовлетворяя исковые требования в отсутствие ответчиков, суд был лишен возможности проверить их доводы, наличие у Соколовой уважи-тельных причин и предоставить ей в соответствии с п.2 ст.687 ГК РФ срок для устранения нарушений, послуживших основанием для расторжения договора найма жилого помещения. 16 Кроме того, в нарушение требований ст.113 ГПК РСФСР дело рассмот¬рено судьей единолично в отсутствие ответчиц. Президиум Ленинградского областного суда на основании вышеизло-женного и руководствуясь ст. 329 ГПК РСФСР, отменил решение Выборгского городского суда от 7 мая 1996 г. и направил дело на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей. 11. Отказ в выплате сумм в возмещение вреда здоровью не являет-ся основанием для компенсации морального вреда, поскольку указанными действиями ответчика были нарушены имущественные права истца по возмещению вреда здоровью. Нормам закона, предусматривающим возможность компенсации морального вреда, обратная сила не придана Косарев обратился в суд с иском к Мурманской арктической нефтегазо-разведочной экспедиции о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья, и компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что, будучи в трудовых отношениях с ответчиком, в 1981 г. при выпол-нении работ получил травму позвоночника, в связи с чем, до 1996 г. получал возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Од-нако с января 1996 г. выплаты прекращены. Истец просил произвести перерасчет сумм возмещения вреда, а также компенсировать моральный пред Выборгский городской суд 13 июня 1996 г. взыскал с ответчика в пользу Косарева единовременно 11 млн. 441 тыс. 892 руб., ежемесячно 1 млн 262 тыс. 469 руб., начиная с 1 мая 1996 г. до изменения минимально¬го размера оплаты труда в централизованном порядке в счет возмещения вреда, причиненного здоровью, 11 млн. руб. в счет компенсации морально¬го вреда, госпошлину, расходы по оплате помощи адвоката. В кассационном порядке дело не рассматривалось. Протест прокурора Ленинградской области, в котором ставился вопрос об отмене решения суда в части компенсации морального вреда, как вы¬несенного с нарушением требований материального закона, был удовлетворен Президиумом Ленинградского областного суда. Из материалов дело следует, что несчастный случай с Косаревым про-изошел на производстве 16 декабря 1982 г. Норма закона, предусматривающая возможность компенсации морального вреда, введена Основами гражданского законодательства Союза республик только 3 августа 1992 г. С 1 января 1995 г. действует ст.151 ГК РФ. Обратная сила указанным нормам закона не придана. Утверждение суда о том, что Косарев- продолжает нести нравственные и физические страдания, вызванные несчастным случаем, имевшим место в 1981 г, не подтверждены доказательствами. Доводы, изложенные Косаревым в объяснениях на протест о том, что именно отказом в выплате сумм в возмещение вреда ему причинен моральный вред , не основаны на законе и не являются основанием для компенсации морального вреда, поскольку указанными действиями ответчика были нарушены имущественные права истца по возмещению вреда здоровью. Изложенные обстоятельства послужили основанием для отмены реше¬ния Выборгского городского суда в части взыскания с ответчика морального вреда. Дело направлено на новое рассмотрение. 12. Государственная пошлина по делам о взыскании компенсации морального вреда взимается в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений неимущественного характера Член ЖСК-49 Мелихова пользовалась однокомнатной кооперативной квартирой № 85 в доме 27 по пр. Науки в Санкт-Петербурге. 31 октября 1989 г. Мелихова умерла. 21 июня 1990 г. нотариальная контора выдала сестре умершей - Игнатович свидетельство о праве на наследство по зако¬ну на пай в ЖСК-49 в сумме 1888 руб. Размер пая был определен на основании справки кооператива от 13 марта 1990 г. Игнатович обратилась в суд с иском к ЖСК-49 о взыскании 2415 руб. 17 коп., что являлось, по ее мнению, действительной стоимостью паенакопления. 2 июля 1991 г. Игнатович умерла. Ее сын Игнатович Е.Е., вступивший в дело в качестве правопреемника, поддержал иск матери, в дальнейшем просил взыскать с ответчика с учетом инфляции 3 млн. 608 тыс. 926 руб. и компен¬сацию морального вреда в размере 5 млн. руб. ЖСК-49 этот иск не признал и предъявил к Игнатовичу ЕЕ. встречный иск о взыскании с Игнатовича ЕЕ. 1971 руб. в счет амортизационных отчис¬лений на физический износ квартиры и капитальный ремонт дома с применением индексации. Дело неоднократно рассматривалось в судах. Калининский районный суд Санкт-Петербурга решением от 17 июня 1996 г. взыскал с ЖСК-49 в пользу Игнатовича Е.Е. 1638 руб. - паенакопления с учетом индексации, с Игнатовича Е.Е. в пользу ЖСК-49 1941 руб. - взносы на капитальный ремонт дома и износ квартиры и госпошлину 97 руб., а с зачетом присужденной Игнатовичу Е.Е. суммы - 400 руб. В иске о взыскании компенсации морального вреда Игнатовичу Е.Е. было отказано. Одновременно суд взыскал с Игнатовича Е.Е. в доход государства госпошлину 161 тыс. 947 руб. Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского го-родского суда определением от 7 октября 1996 г. оставила без изменения решение народного суда. В протесте, принесенном в Президиум Санкт-Петербургского городско¬го суда, поставлен вопрос об отмене судебных постановлений в части удовлетворения первоначального и встречного исков и в отношении взыскания с Игнатовича Е.Е. в доход государства госпошлины. 30 декабря 1996 г., проверив материалы дела, Президиум признал про¬тест подлежащим удовлетворению по следующим основаниям. Из материалов дела видно, что член ЖСК-49 Мелихова пользовалась кооперативной квартирой 24 года 2 мес. С 1 сентября 1965 г. по 31 октября 1989 г. балансовая стоимость предоставленной Мелиховой квартиры со¬ставляла 2859 руб. 20 кол. Из этой суммы, составляющей размер пая Мелиховой на момент сдачи дома в эксплуатацию, кооперативом обосно¬ванно в соответствии с Постановлением СМ РСФСР от 26 февраля 1975 г. 18 No. 140 «О размерах взносов членов жилищно-строительных кооперати¬вов на проведение капитального ремонта кооперативных домов» и инструкцией «О порядке сбора и использования взносов членов жилищ¬но-строительных кооперативов на проведение капитального ремонта кооперативных домов», утвержденной приказом Министра жилищно-коммунального хозяйства РСФСР от 18 октября 1978 г. № 465 удержаны амортизационные отчисления на физический износ квартиры в сумме 483 руб. 82 коп. из расчета 0,7 % годовых и задолженность Мелиховой по взносам на капитальный ремонт дома в сумме 476 руб. 90 коп. из расчета 1,1 % годовых. Таким образом, наследуемое паенакопление Мелиховой А.Ф. на 31 октября 1989 г. составляло 1898 руб. 48 коп. (2859 руб. 20 коп. - 960 руб. 72 коп.). Кооператив выплатил наследникам Мелиховой А.Ф. паенакопление полностью и даже с превышением: 12 декабря отдельным поручением перевел на лицевой счет Игнатович в Сбербанке 1804 руб. 04 коп. (л. д. 67,96), а 671 руб. 07 коп. уплатил Игнатовичу Е.Е. 18 апреля 1993 г. по судебному решению. При таких обстоятельствах у суда не было оснований для удовлетворе¬ния иска Игнатовича Е.Е. Нельзя согласиться также с решением суда в части взыскания с Игнато¬вича Е.Е. в пользу кооператива денежных сумм в счет взносов на капитальный ремонт дома и износ квартиры, так как эти суммы коопера-тивом ранее уже были вычтены из паенакоплений Мелиховой. Государственная пошлина по делам о взыскании компенсации мораль¬ного вреда взимается на основании п. 3 ст. 4 Закона РФ «О государственной пошлине», предусматривающего оплату исковых заявлений неимущественного характера - 10 % от минимального размера оплаты труда для граждан. При подаче искового заявления о взыскании компенсации морального вреда Игнатович Е.Е. не был освобожден от уплаты пошлины, поэтому в связи с отказом в удовлетворении этого требования с Игнатович Е.Е. под¬лежит взысканию в доход государства пошлина в размере 7590 руб. 13. При отсутствии муниципального образования постановление главы администрации о проведении местного референдума по во-просу создания муниципального образования "Выборгский район Ленинградской области" противоречит ст.72 Конституции РФ, ст.5 Федерального закона "Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ", а также областным актам Постановлением главы администрации Выборгского района Ленин-градской области No. 1167 от 23 мая 1996 г. предусмотрено проведение Л-24 июня 1996 г. в населенных пунктах Выборгского района местного референдума по созданию муниципального образования "Выборгский район Ленинградской области". На референдум вынесены вопросы: 1) Принимаете ли Вы Устав муници¬пального образования "Выборгский район Ленинградской области"? и 2) Согласны ли Вы с проведением выборов главы администрации муници¬пального образования 22-23 сентября 1996 года? Прокурор Выборгского района внес протест и просил отменить поста¬новление со ссылкой на несоответствие его требованиям п.2 ст.57 и п.5 ст.14 Закона РФ "Об общих принципах организации местного самоуправ¬ления в РФ". Выборгский городской суд 19 июля 1996 г. вынес решение, которым от¬казал в удовлетворении заявления. Определением Судебной коллегии по гражданским делам Ленинград¬ского областного суда от 12 сентября 1996 г. решение городского суда оставлено без изменения. В протесте прокурора Ленинградской области ставится вопрос об отме¬не решения по тем мотивам, что территория Выборгского района не относилась к муниципальному образованию, референдум не мог быть назначен главой администрации и решения по делу противоречат ст.12, п.2 ст.130, ст.133 Конституции РФ, требованиям Закона РФ "Об общих принци¬пах организации местного самоуправления в РФ" и законам Ленинградской области "О местном референдуме", "Об административно-территориальном устройстве Ленинградской области". В возражениях на протест прокурора администрация Выборгского рай¬она указывала, что Конституция РФ гарантирует населению право на осуществление местного самоуправления, переход к которому осу-ществляется поэтапно, с сохранением преемственности. На территории Выборгского района не было ни одного муниципального образования и имеет место инициатива населения в создании муниципального образо¬вания "Выборгский район". Сама процедура назначения местного референдума не может быть применена в данном случае, поскольку речь идет о переходном периоде. Ссылка на закон Ленинградской области "Об административно-территориальном устройстве Ленинградской области" несостоятельна, так как по добровольной инициативе населения всех городских и сельских поселений и происходило путем референдума объединение поселений в единое муниципальное образование - район. Устав Ленинградской облас¬ти принимался до введения в действие закона "Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ" и не приведен в соответ¬ствие с этим законом. Применяться должно федеральное законодательство, которому позиция прокурора , по мнению администра¬ции , противоречит. Президиум Ленинградского областного суда счел решение Выборгского суда и определение Судебной коллегии подлежащими отмене по следую¬щим основаниям. В соответствии с требованиями ст.72 Конституции РФ установление об¬щих принципов организации системы органов государственной власти и местного самоуправлению находятся в совместном ведении Российской Федерации и субъектов РФ. Федеральный закон "Об общих принципах организации местного само¬управления в РФ" принят 12 августа 1995 г. 26 марта 1996 г. законодательным собранием Ленинградской области принят закон "О местном самоуправлении в Ленинградской области". П.11 Федерального закона "Об общих принципах организации местного cсамоуправления в РФ" относит к полномочиям органов государственной власти субъектов РФ в области местного самоуправления установление и изменение порядка образования, объединения, преобразования или упразднения муниципальных образований, установление и изменение их границ и наименований, что также предусмотрено п.12 ст.5 областного закона. Согласно ст.22 Федерального закона от 12 августа 1995 г. решение о проведении местного референдума принимается представительным орга¬ном местного самоуправления. Закон Ленинградской области "О местном референдуме в Ленинград¬ской области" от 28 ноября 1995 г. предусматривает право представительного органа местного самоуправления принимать решение о назначении референдума. Аналогичное положение содержится в ст.18 областного закона "О местном самоуправлении в Ленинградской области". На территории Выборгского района на момент вынесения решения о проведении местного референдума отсутствовало муниципальное образование - район. Постановление главы администрации от 23 мая 1996 г. при таких обстоятельствах противоречит ст.72 Конституции РФ, ст.5 Федерального закона "Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ" и областным актам: Уставу и законам о местном референдуме и самоуправлении в Ленинградской области. Поскольку муниципальное образование отсутствует, то и ссылки на ч.2 ст.57 Закона РФ от 12 августа 1995 г. не могут быть признаны убедительными. То обстоятельство, что администрации районов на период реформы местного самоуправления в соответствии с Указом Президента РФ от 26 октября 1993 г. являются и главами местного самоуправления, не предоставляет им права решать вопросы, отнесенные к ведению субъектов Федерации. Поскольку обстоятельства дела установлены полно и правильно, отме¬няя состоявшиеся по делу решения. Президиум Ленинградского областного суда вынес новое решение о признании постановления главы администрации Выборгского района Ленинградской области от 23 мая 1996 г. не соответствующим требованиям закона и недействительным с момента его принятия. 14. Нотариальная деятельность не является предприниматель-ством и не преследует цели извлечения прибыли Управление юстиции Санкт-Петербурга предъявило в суд иск к частнопрактикующим нотариусам 3. и Ш. о выселении из нежилого помещения Президиум Санкт- Петербургского городского суда в своем постановле¬нии от 23 октября 1996 г. указал следующее. Прекращая производство по делу, судья ошибочно исходила из того, что нотариусы, занимающиеся частной практикой, являются индивидуаль¬ными предпринимателями. Такой вывод противоречит действующему законодательству о нотариате. Согласно п. 6 ст. 1 Основ законодательства РФ о нотариате нотариаль¬ная деятельность не является предпринимательством и не преследует цели извлечения прибыли. В силу ст. 60 Основ нотариус не вправе заниматься предпринимательской и никакой другой деятельностью, кроме нотари¬альной и преподавательской. Поскольку ответчики не имеют статуса индивидуального предпринима¬теля, спор об их выселении подведомствен не арбитражному, а суду общей юрисдикции. 15. При отсутствии документальных сведений факт применения репрессий может быть установлен на основании свидетельских по-казаний в судебном порядке Шаимова Е.Е. (урожденная Бузилова) обратилась в Василеостровский районный суд с заявлением об установлении факта политических репрес¬сий, указывая, что в 1932 г. ее родители, подлежавшие раскулачиванию, были вместе со всеми детьми выселены из дома № 14, расположенного по ул. Баржевиков в г. Камбарка. Заявительница просила установить факт применения репрессий в отношении нее и ее семьи, пояснив, что этот факт необходим ей для оформления надбавки к пенсии. Василеостровский районный суд решением от 20 ноября 1995 г. устано¬вил факт того, что в отношении Бузилова Е.П., Бузиловой А.П., Бузиловой Е.Е., Бузилова П.Е. в 1932 г. были применены политические репрессии и признал Шаимову Е.Е. жертвой политической репрессий. Рассматривая дело по протесту прокурора. Президиум Санкт-Петербургского городского суда в постановлении от 23 октября 1996 г. указал, что, устанавливая факт применения в отношении семьи Бузиловых политических репрессий и признавая Шаимову Е.Е. жертвой политических репрессий, районный суд нарушил Закон РФ «О реабилитации жертв по¬литических репрессий». Ст. 7 указанного закона предусматривает, что факт применения ссылки, высылки, направления на спецпоселение, привлече¬ние к принудительному труду в условиях ограничения свободы и иных ограничений прав и свобод, установленных в административном порядке, устанавливается органами внутренних дел по заявлениям заинтересован¬ных лиц или общественных организаций. При этом такие органы «оставляют заключение и выдают справку о реабилитации или сообщают об отказе в выдаче таковой справки. При отсутствии документальных све¬дений факт применения репрессий может быть установлен на основании свидетельских показаний в судебном порядке. Ст. 8' Закона РФ «О реабилитации жертв политических репрессий» ре¬гулирует порядок признания граждан «пострадавшими от политических репрессий». Президиум указал, что формулировка резолютивной части решения районного суда не соответствует требованиям указанного закона. При рассмотрении дела допущены иные процессуальные нарушения, в част¬ности, не соблюден порядок получения свидетельских показаний, предусмотренный ст. 62 ГПК РСФСР, что и послужило основанием к отмене решения районного суда. 1. Положения УК РФ 1996 г. о наказаниях в виде обязательных ра- бот и ареста вводятся в действие федеральным законом после вступления сипу Уголовно-исполнительного кодекса РФ по мере создания необходимых условий для исполнения этих видов наказаний. Приговором Кировского городского суда от 9 января 1997 г. Раестик осужден по ч.1 ст.157 УК РФ к 180 часам обязательных работ. Вина Раестика установлена в том, что он в течение 17 месяцев злостно уклонялся от уплаты алиментов на содержание сына и дочери, к чему был обязан решением суда от 10 июля 1991г. В кассационном протесте был поставлен вопрос об отмене приговора с направлением дела на новое судебное рассмотрение в связи с тем, что суд назначил такой вид наказания, который в настоящее время не применяется. 11 февраля 1997 г. Судебная коллегия по уголовным делам Ленинград¬ского областного суда, обсудив материалы дела, удовлетворила протест прокурора, указав следующее. Квалифицировав действия Раестика по ч.2 ст. 157 УК РФ, суд назначил ему наказание в виде обязательных работ. Между тем, в соответствии со ст. 4 Федерального закона РФ от 24 мая 1996 г. "О введении в действие Уголовного кодекса Российской' Федерации" - положения настоящего кодекса о наказаниях в виде обязательных работ и ареста вводятся в дей¬ствие федеральным законом после вступления в силу Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации по мере создания необ¬ходимых условий для исполнения этих видов наказаний, но не позднее 2001 г. Таким образом, суд при постановлении приговора применил закон, не введенный в действие, в связи с чем приговор подлежит отмене. 2. Поскольку новый Уголовный кодекс Российской Федерации, вступивший в силу с 1 января 1997 г., не содержит положений, пред-усматривающих возможность отсрочки исполнения приговора, постановленные до 1 января 1997 г. приговоры судов с применением ст. 46' УК РСФСР подлежат пересмотру применительно к ст.73 УК РФ (условное осуждение) Судебная коллегия по уголовным делам Санкт-Петербургского город-ского суда рассмотрела в судебном заседании от 29 января 1997 г. дело по частной жалобе на определение Куйбышевского районного народного суда от 9 декабря 1996 г., которым Моисееву, судимому по ч.2 ст. 144 и ч.2 ст.145 УК РСФСР к двум годам лишения свободы с отсрочкой исполнения приговора на 2 года, отсрочка исполнения приговора отменена и он СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ направлен для отбывания наказания в исправительно-трудовую колонию общего режима. В частной жалобе Моисеев просил определение суда отменить, ссы-лаясь на то, что он раскаивается в содеянном, имеет место жительства и работу. Заслушав доклад судьи, заключение прокурора, полагавшего опреде-ление суда отменить, а производство по представлению органа внутренних дел прекратить, проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, Судебная коллегия указала следующее. Поскольку новый Уголовный кодекс Российской Федерации, вступив-ший в действие с 1 января 1997 г., не содержит положений, предусматривающих возможность отсрочки исполнения приговора, по-становленные до 1 января 1997 г. приговоры судов с применением ст.46'УК РСФСР подлежат пересмотру применительно к ст.73 УК РФ (условное осуждение). Отмена условного осуждения и направление в места лишения свободы может производиться только по основаниям, указанным в ч. З ст.74 УК РФ, т. е. лишь в случае систематического или злостного неисполнения осуж¬денным возложенных на него судом обязанностей. Как видно из материалов дела, отсрочка исполнения приговора Моисееву была отменена не в связи с неисполнением им возложенных на него обязанностей, а в связи с систематическим нарушением общественного порядка, повлекшим применение мер административного взыскания. При таких данных, в соответствии со ст.10 УК РФ и ст. З Федерального закона "О введении в действие Уголовного кодекса Российской Федера-ции" определение суда об отмене отсрочки исполнения приговора следует отменить, а производство по представлению инспекции исправительных работ РУВД по этому поводу прекратить. 3. Повреждение, повлекшее за собой потерю какого-либо органа или необратимую утрату им своих функций, относится к категории тяжких Приговором Всеволожского городского суда от 23 января 1997 г. Базаркин осужден по ч.2 ст.171 УК РСФСР к трем годам лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ - условно с испытательным сроком на 2 года. Взыскано с Базаркина в пользу потерпевшего К. в возмещение морального вреда 20 млн. руб. Базаркин был признан виновным в том, что он, являясь должностным лицом и находясь при исполнении служебных обязанностей инспектора дорожно-патрульной службы отдела Госавтоинспекции Всеволожского 1'УИД, 24 июля 1995 г. при проведении досмотра водителя К., явно выходя и Пределы прав и полномочий, предоставленных ему законом, нанес ему два удара ногой в промежность, причинив кровоподтеки, ушиб мошонки размозжение левого яичка с последующим его удалением, а затем нанес удар рукой по лицу пассажиру автомашины С, не причинив вреда его здоровью. 5. В соответствии с примечанием к ст. 285 УК РФ (ст. 170 УК РСФСР) директор индивидуально-частного предприятия не может быть признан должностным лицом и нести ответственность по ст. 292 УК РФ (ст. 175 УК РСФСР) Подлог не требует самостоятельной квалификации, если он яв-ляется конструктивным признаком другого преступления По приговору Смольнинского суда Центрального района г. Санкт-Петербурга от 20 мая 1996 г. Зайцев был осужден по ч.2 ст. 162! УК РСФСР' к штрафу в доход государства в размере 25 млн. руб., по ст. 175 УК РСФСР5 к штрафу в доход государства в размере 3 млн. руб. На основании ст. 40 УК РСФСР по совокупности преступлений опреде¬лено наказание путем поглощения более строгим наказанием менее строгого в виде штрафа в доход государства в размере 25 млн. руб. Вина Зайцева по приговору суда установлена в сокрытии полученных доходов (прибыли) от налогообложения в особо крупных размерах и со-вершении должностного подлога Зайцев, являясь директором частного предприятия "Алиса", в период с 1 января по 31 декабря 1993 г. с целью сокрытия доходов (прибыли) неза¬конно уменьшал налогооблагаемую сумму прибыли путем занижения в финансовом документе - балансе фактической прибыли в сумме 89 млн. 362 тыс. руб., полученной в 1993 г., до 19 млн. 778 тыс. 800 руб., представив в налоговый орган сфальсифицированный отчет, скрыв от налогообложе¬ния сумму прибыли на 69 млн. 872 тыс. 200 руб., налог с которой составил 37 млн. 811 тыс. 200 руб., т. е. в особо крупном размере. 28 В протесте прокурора был поставлен вопрос об отмене приговора суда в части осуждения Зайцева по ст.175 УК РСФСР за отсутствием в его действи¬ях состава преступления и исключении назначения наказания по совокупности преступлений. Проверив материалы дела и обсудив доводы протеста. Президиум щи Петербургского городского суда в постановлении от 29 января 1997 г. указал следующее. В соответствии с действующим уголовным законодательством под должностными лицами в статьях 170-175 УК РСФСР (ст. 285-292 УК РФ) признаются лица, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти либо выполняющие организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, а также в Вооруженных силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации. Из материалов дела следует, что Зайцев был директором индивидуального предприятия "Алиса", которое не является государственным. Следовательно, он не может признаваться должностным лицом и нести уголовную ответственность по ст. 175 УК РСФСР за должностное преступле¬ние. В связи с этим приговор в части осуждения Зайцева по ст. 175 УК РСФСР подлежит отмене с прекращением дела по п. 2 ст.5 УПК РСФСР, в связи с отсутствием состава преступления. 6. Суд, прокурор, следователь обязаны принять все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, выявить как уличающие, так и оправдывающие обвиняемого, а также смягчающие и отягчающие его ответственность обстоятельства. Доказательства, полученные с нарушением закона, признаются не имеющими юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения В кассационной жалобе осужденные просят приговор отменить и дело производством прекратить за отсутствием в их деяниях состава преступле¬ния. Заслушав доклад судьи, заключение прокурора, Судебная коллегия на¬ходит приговор подлежащим отмене с направлением дела на дополнительное расследование в связи с неполнотой следствия и наруше¬нием ст. 20 УПК РСФСР. В основу обвинительного приговора положены показания свидетеля Индус о том, что в ее присутствии Хякинен утопила ребенка в ведре с во¬дой, а также первоначальные показания осужденных Евдокимовой и Хякинен, полученные с нарушением ч. 3 ст. 69 УПК, и заключение эксперта. Вместе с тем вывод следствия и суда о наступлении смерти в результате утопления надлежащим образом не исследован, причинная связь между действиями виновных и наступившими последствиями не установлена. Согласно заключению эксперта ввиду резко выраженных изменений трупа установить причину смерти не представилось возможным, однако по заключению эксперта-гистолога невозможность дать более полное заключение о причине смерти обусловлена отсутствием данных о сроке беременности, времени смерти (хотя медицинские документы были при¬общены к делу, но в распоряжение экспертов они не предоставлялись). В этой связи в процессе дополнительного расследования необходимо установить обстоятельства содеянного, т.е. каким образом был убит или умер ребенок, поскольку из собранных доказательств не явствует, какое количество воды было в ведре и что из себя представляет это ведро, каким образом в него был положен ребенок, например, головой вниз или по-другому, был ли во что-либо ребенок завернут, так как осужденные утверждают, что ребенок был положен вместе с пододеяльником, для чего следует провести следственный эксперимент с выездом на место проис¬шествия с использованием муляжа тела (куклы) длиной 35 см массой 750 г. С учетом результатов следственного эксперимента необходимо провес¬ти дополнительную или повторную экспертизу для определения причин смерти, длительности жизни ребенка после рождения, учитывая показа¬ния осужденных и другие доказательства, собранные по делу. Поскольку объектом преступления в данном случае является жизнь че¬ловека, необходимо установить, является ли плод массой 750 гр. и длиной 35 см, появившийся на свет недоношенным и нежизнеспособным с учетом особенностей его внутриутр