Юридическая практика. Информационный бюллютень центра права специального юридического факультета СПБГУ №3 часть3

3. Неосуществление платежа иностранной фирмой по экспортному контракту в течение 180 дней не может быть квалифицировано как нарушение валютного законодательства российским предприятием и как валютная операция, связанная с движением капитала ОАО «Балтийское морское пароходство» (далее — ОАО «БМП») обратилось в суд с иском к СЗРЦ о признании недействительными п. 2 заключения от 25.02.97 г. и предписания от 28.02.97 г. СЗРЦ в своем заключении вменил ОАО «БМП» нарушение порядка зачисления валютной выручки, а также совершение валютной операции, связанной сдвижением капитала без лицензии Центрального банка РФ. Предписа¬нием СЗРЦ обязал ОАО «БМП» в течение одного месяца осуществить возврат части экспортной валютной выручки в размере 4 млн 292 тыс. 275 долл. США на счет ОАО «БМП» в уполномоченном банке на терри-тории России. Решением суда первой инстанции исковые требования были удов¬летворены. Пункт 2 Заключения СЗРЦ от 25.02.97 и предписание СЗРЦ от 28.02.97 были признаны недействительными. В апелляционном по¬рядке решение не проверялось. Постановлением кассационной инстан¬ции решение оставлено без изменения. ОАО «БМП» заключило с компанией «План Марин» (Швейцария) два соглашения о купле-продаже стальных сухогрузных контейнеров. По тем же соглашениям пароходство взяло эти контейнеры в аренду. При исполнении соглашений имело место неисполнение обязательств обеими сторонами. Суд первой инстанции после подробного анализа представленных доказательств установил, что выводы СЗРЦ об имевшей место операции, связанной с движением капитала, не соответствуют фактическим обстоя¬тельствам дела. Истец не должен был получить и зачислить на счет в уполно¬моченном банке часть валютной выручки по заключенным соглашениям. Кассационная коллегия также указала в постановлении, что не име¬ется правовых оснований для квалификации действий ОАО «БМП» как незаконных действий в виде осуществления валютной операции, связан¬ной с движением капитала по подп. «е»п. Юст. 1 Закона. Неисполнение компанией «План Марин» обязательств по соглашениям от 23.06.95 г. и 14.07.95 г. не может быть признано незаконными действиями, совер¬шенными ОАО «БМП». Компания «План Марин» прибегла к праву освобождения себя от своих обязательств в соответствии с заключенным договором и на основании решения Окружного суда г. Роттердама от 08.08.96 г. Поэтому у ОАО »БМП» отсутствовали законные основания требовать от компании «План Марин» уплаты денежных средств, а не дополучение 4 млн 292 тыс. 257 долл. США является правомерным. Кроме того, кассационная коллегия сослалась в постановлении на п. 1 ст. 14, который гласит, что «резиденты... нарушившие положения статей 2—8 настоящего Закона, несут ответственность в виде:., б) взыс¬кания в доход государства необоснованно приобретенного не по сделке, а в результате незаконных действий». Как видно из материалов дела, в результате неосуществления платежа в течение 180 дней компанией «План Марин» истец не приобрел ничего, что могло бы быть взыскано в доход государства. (Дело № А56-4548/97 Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области) 4. Возложение платежа на третье лицо, не являющееся стороной по внеш¬неэкономическому контракту, является недействительной сделкой АОЗТ «Сана» обратилось в суд с иском к СЗРЦ в лице его Петрозавод¬ского отделения о признании недействительным решения от 14.04.97 г. Указанным решением АОЗТ «Сана» было привлечено к ответственности за нарушение валютного законодательства на основании подп. «а» п. 1 ст. 14 Закона и предприятию предложено перечислить в доход государст¬ва 72 тыс. 424 марки ФРГ. Эта сумма составляет стоимость импортных товаров (стройматериалов, оборудования), полученных АОЗТ «Сана» по импортному контракту от 07.06.95, заключенному между АОЗТ «Сана» и эстонской фирмой «Эке Мерко». Решением суда первой инстанции в иске было отказано. Постановлением апелляционной инстанции решение было отмене¬но, исковые требования удовлетворены, решение СЗРЦ от 14.04.97 г. признано недействительным. Суд кассационной инстанции отменил постановление апелляции и оставил в силе решение суда первой инстанции. АОЗТ «Сана» в качестве заказчика заключило от своего имени импорт¬ный контракт № В-039.95 с эстонской фирмой «Еке Мерко» на строи¬тельство административного здания и приняло на себя обязательство по оплате контрактной суммы в иностранной валюте. Пунктом 3 при¬ложения к данному контракту АОЗТ «Сана» возложило обязательство по платежу в иностранной валюте на Комитет по строительству, эксплуа¬тации и содержанию автомобильных работ Республики Карелия (далее Комитет). Последним указанное обязательство было принято и испол¬нено. Денежные средства были перечислены Комитетом за границу. Основанием платежей согласно графе 15 платежных поручений указан контракт №В0039.95, заключенный между АОЗТ «Сана» и эстонской фирмой «Еке Мерко». Сделка по возложению исполнения обязательства в валюте на третье лицо является валютной операцией, связанной сдвижением капитала. Поскольку данная валютная операция не отнесена п. 9 ст. 1 Закона к те¬кущим валютным операциям, перечень которых в законе является исчер-пывающим, то на основании подп. «е» п. 10 ст. 1 Закона данная операция является валютной операцией, связанной с движением капитала. Согласно п. 4 разд. 1 Основных положений валютные операции, свя¬занные сдвижением капитала, требуют наличия разрешения (лицензии) Центрального банка России. В судебном заседании установлен и истцом не отрицался факт, что лицензия Центрального банка России на осуществ¬ление указанной валютной операции АОЗТ «Сана» не была получена. Кассационная коллегия в своем постановлении дополнительно ука¬зала, что согласно разд. 3 Основных положений требуется наличие ли¬цензии Банка России как у держателя контракта, так и улица, осущест¬вившего перечисление денежных средств. Таким образом, заключение и исполнение импортного контракта №В-039.95 в части исполнения обязательства третьим лицом, не являющимся стороной по данному контракту, при отсутствии лицензии Центробанка России осуществлено с нарушением п. 2 ст. 6 Закона и является ничтожной сделкой. Постановление апелляционной инстанции было мотивировано сле¬дующим. В соответствии с п. 7 ст. 1 Закона под валютной операцией понимаются операции, связанные с переходом права собственности и иных прав на валютные ценности, в том числе операции, связанные с использованием в качестве средств платежа иностранной валюты и платежных документов в иностранной валюте. По смыслу дан ной нормы Закона отличительным признаком валютной операции является переход права собственности на валютные средства от одного из участников операции к другому участнику. Таким образом, при отсутствии в действиях юридических лиц перехода права собственности на валютные цен¬ности, подобные действия не могут быть отнесены к валютным операциям, даже если эти действия связаны с исполнением импортного контракта. Апелляционная инстанция посчитала, что при таких обстоятельствах действия АОЗТ «Сана» по возложению обязанностей по оплате импорт¬ного контракта на Комитет не являются валютной операцией, поскольку в этих действиях отсутствовал факт перехода права собственности на валютные средства от одного участника операции (АОЗТ «Сана») к другому (Комитет). Исполнение обязательства в иностранной валюте по внешнеэкономической сделке третьим лицом (Комитетом), не являющимся участником этой сделки, охватывается понятием валютной операции (имеется признак перехода права собственности на валютные ценности), однако АОЗТ «Сана» не может быть привлечено к ответст¬венности за действия, которые были совершены Комитетом. Апелляционная инстанция также отклонила ссылку суда первой инстанции на письмо Центробанка РФ от 20.12.94 г. №12-1с2-5/5288, поскольку оно не было официально опубликовано и Центробанку РФ не предоставлено права толкования Закона. Все эти доводы суда апелляционной инстанции были отклонены Федеральным арбитражным судом Северо-Западного округа в поста¬новлении, принятом по данному делу. Довод суда апелляционной инстанции об отсутствии признака пере¬хода права собственности на денежные средства в иностранной валюте не соответствует нормам права. Статья 128 ГК РФ к объектам граждан¬ских прав относит вещи, включая деньги и ценные бумаги, иное иму¬щество. Часть 2 ст. 130 данного Кодекса вещи, не относящиеся к недви¬жимости, включая деньги и ценные бумаги, признает движимым иму¬ществом. Следовательно, при перечислении денежных средств в иност¬ранной валюте по контракту с инофирмой происходит переход права собственности на данные денежные средства от резидента к нерезиденту. Согласно ст. 307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обя¬зано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенные дейст¬вия, такие, как передача имущества, выполнение работы, уплата денег и т. п. Далее ст. 313 предусматривает возможность возложения испол¬нения обязательства на третье лицо, но при условии, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства не вытекает обязанность должника выполнить обязательство лично. Данные ограничения, как указано выше, установлены Законом РФ «О валютном регулировании и валютном контроле». Следовательно, в оспариваемом решении органа валютного контроля правомерно указано на возможность применения в судебном порядке ответственности в виде последствий недействительности ничтожной сделки, срок исковой давности по которой составляет 10 лет. Согласно п. 1 ст. 183 ГК РФ тот, кто совершил сделку, не имея пол¬номочий от представляемого или превысив свои полномочия, сам приз¬нается стороной в сделке. Довод суда второй инстанции о невозможности использования судом первой инстанции письма Центрального банка РФ от 29.12.94 г. № 12-1с-5/5288 как ненормативного акта органа государственного управления не можетбыть принят во внимание, так как Главное управление валют-ного контроля и валютного регулирования Банка России является имен¬но органом валютного регулирования, уполномоченным определять, какие именно операции, не вошедшие в перечень текущих валютных операций, не требуют лицензии. А следовательно, использование судом и органом валютного контроля в качестве дополнительного аргумента о необходимости лицензии, поскольку Банк России является основным органом валютного регулирования и устанавливает правила проведения операций с иностранной валютой резидентами и нерезидентами в Российской Федерации в силу статьи 9 Закона, является правильным. Кроме того, Положение об изменении порядка проведения в Российской Федерации некоторых видов валютных операций, утвержденное при¬казом Центрального банка РФ от 24.04.96 г. №02-94, также не предусмат¬ривает возможности проведения операций по перечислению валютных средств третьими лицами без лицензии. Таким образом, постановление апелляционной инстанции не соот¬ветствует нормам материального и процессуального права и подлежит отмене, а решение суда первой инстанции — оставлению в силе. В продолжение данного дела СЗРЦ был заявлен иск к АОЗТ «Сана» о применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде взыскания в доход государства 72 тыс. 424 марок ФРГ (242 931 823 руб.). Кроме вышеприведенных доводов и ссылки на преюдицию, в реше¬нии указано, что согласно представленным суду документам, с июля 1995 по август 1996 гг. АОЗТ «Сана» в рамках контракта №В-039.95 получило импортные товары (стройматериалы, оборудование) на сумму 72 тыс. 424 марки ФРГ, которые подлежат взысканию в доход государства в соот¬ветствии с подп. «а» п. 1 ст. 14 Закона. Поскольку невозможно взыскание с ответчика полученного им по сделке в натуре, ввиду использования последнего в строительстве административного здания, то в соответствии со ст. 6 и п. 2 ст. 167 ГК РФ возмещается его стоимость в деньгах. (Дело № 02-04/54 Арбитражного суда Республики Карелия и дело № 02-04/57) 5. Получение предприятием-резидентом валютных денежных средств от предприятия-нерезидента в счет взаиморасчетов с другим предприятием-резидентом и перечисление валюты предприятием-резидентом за границу иностранному предприятию при отсутствии внешнеэкономического контракта являются незаконными действиями АОЗТ «Вологодский подшипниковый завод» обратился в суд с иском к СЗРЦ о признании недействительным решения о взыскании с АОЗТ всего полученной в результате незаконных действий на основании подп. «б» п. 1 ст. 14 Закона. (Аналогичная ситуация рассмотрена по делу № 4016/96 Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области по иску АОЗТ «Бурда моден. Петербург» к СЗРЦ и Министерству финансов РФ о признании недействительным решения и возмещении убытков). Обстоятельства дела: Между АО «Вологодский подшипниковый завод» (далее — АО «ВПЗ») и ТОО «ПКФ «Комтрэкс» 10.02.95 г. был заключен договор о сотрудничестве при перевозках грузов в между¬народном сообщении. Согласно акту сверки между сторонами имелась задолженность каждого партнера друг другу. АО «ВПЗ» получило 29.12.95 г. на свой валютный счет от фирмы «Sheraton Enterpises LTD» 19 тыс. 993 долл. США платежным переводом со ссылкой на ликвидацию дебиторской задолженности ТОО «ПКФ «Комтрэкс» — АО «ВПЗ». В свою очередь АО «ВПЗ» перечислило по письму ТОО «ПКФ Ком¬трэкс» фирме-нерезиденту «Sheraton Enterprises LTD» 25 тыс. 308,05 долл. США на валютный счет в банк в Латвии, с назначением платежа «Оплата за транспортировку, услуги оказаны». Фактически услуга получена от ТОО «ПКФ» Комтрэкс». АО «ВПЗ» не являлось стороной по внешне¬экономической сделке между ТОО »ПКФ »Комтрэкс» и фирмой «Shera¬ton Enterprises LTD». Решением суда первой инстанции исковые требования были удовлет¬ворены. Суд первой инстанции мотивировал свое решение тем, что истец по¬лучил денежные средства не врезультате незаконный действий, а по сделке. Постановлением апелляционной инстанции решение было отменено и в иске отказано. Кассационная инстанция оставила в силе постановление апелляцион¬ной инстанции. Осуществление третьим лицом платежей в иностранной валюте явля¬ется валютной операцией, не отнесенной п. 9 ст. 1 Закона к текущим ва¬лютным операциям. Поэтому указанная операция является валютной операцией, связанной с движением капитала. Применение к истцу ответственности по подп. «б» п. 1 ст. 14 Закона в виде взыскания в доход государства суммы денежного эквивалента стоимости оказанных по договору от 10.02.95 г. взаимных услуг в связи с незаконными действиями по перечислению и получению валютных средств является правомерным по следующим основаниям. Статья 128 ГК РФ к объектам гражданских прав относит вещи, не относящиеся к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги, иное имущество. Пункт 2 ст. 130 ГК РФ вещи, не относящиеся к недви¬жимости, включая деньги и ценные бумаги, признает движимым имуществом. Следовательно, при перечислении денежных средств в иност¬ранной валюте происходит переход права собственности на данные денежные средства. Согласно ст. 307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенные действия (передача имущества, выполнение работы, уплата денег и т.п.). Далее ст. 313 ГК предусматривает возможность воз¬ложения исполнения обязательства на третье лицо, но при условии, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства не вытекает обязанность должника выполнить обязательство лично. Данные огра¬ничения установлены Законом Российской Федерации «О валютном регулировании и валютном контроле». Статья 388 ГК РФ указывает, что уступка права требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору. Поэтому довод истца о несоответствии постановления нормам граж¬данского права несостоятелен, поскольку в самом ГК РФ, в статьях тех же самых глав, на статьи которых ссылается истец, установлены огра¬ничения как по использованию договора цессии, так и по возложению исполнения обязательств по договорам третьих лиц. Таким образом, действия АО «ВПЗ» по получению денежных средств от нерезидента в счет взаиморасчетов с резидентом на свой собственный валютный счет с транзитного валютного счета, а также исполнение ука¬зания ТОО «ПКФ «Комтрэкс» и письма оффшорной компании «Шера¬тон» без разрешения банка России являются незаконными. (Дело № А56-6185/97 Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленин¬градской области) 6. Возложение предприятием исполнения обязательства в инвалюте по внешнеторговому контракту на банк, обслуживающий это пред¬приятие, является возложением исполнения на третье лицо и квали¬фицируется как незаконные действия ТОО Фирма «Лотос» обратилось в суд с иском к СЗРЦ о признании недействительным решения. Решением суда первой инстанции в иске было отказано. Это решение оставлено в силе апелляционной и кассационной инстанциями. ТОО Фирма «Лотос», являясь контракто держателем по внешнеэко¬номической сделке, возложила исполнение своих обязательств в инва¬люте на АБ «Петробанк». Ссылка истца на то, что перечисление банком долларов США имело характер кредитования, принята быть не может, поскольку кредитный договор между банком и ТОО Фирма «Лотос» в соответствии с банковскими правилами и законодательством оформлен не был. Имеющаяся между банком и истцом переписка свидетельствует, что в данном случае имело место не кредитование, а именно исполнение банком обязательств истца как контрактодержателя по совершению валютной операции, которая по своему характеру не отнесена п. 9 ст. 1 Закона к текущим валютным операциям. Таким образом, привлечение истца к ответственности по подп. «б» п. 1 ст. 14 Закона правомерно. Кассационная коллегия в своем постановлении дополнительно ука¬зала на следующее. Согласно ст. 819 и 820 ГК РФ кредитный договор должен быть заклю¬чен в письменной форме на конкретных условиях. В соответствии со ст. 30 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» отно¬шения между кредитными организациями и их клиентами осуществ¬ляются на основе договоров, где должны быть указаны процентные став¬ки по кредитам. В статье 33 этого же Закона конкретизируется порядок предоставления банком кредитов и предусматривается порядок обеспе¬чения возвратности кредитов, полученных заемщиками. Такого договора ТОО Фирма «Лотос» с кредитной организацией не заключало. (Дело №02-01/74 Арбитражного суда Республики Карелия) 7. Предоставление предприятием-резидентом предприятию-резиденту займа в рублях с условием возврата его в валюте является недейст¬вительной сделкой АООТ «Фосфорит» обратилось в суд с иском к СЗРЦ о признании не¬действительным решения, по которому к АООТ была применена ответст¬венность по подп. «а» п. 1 ст. 14 Закона в виде взыскания в доход госу¬дарства всего полученного по недействительной сделке. Обстоятельства дела следующие: на основании генерального соглаше¬ния о сотрудничестве от 12.11.93 г. АООТ «Фосфорит» и АОЗТ «Гарант» заключили дополнительное соглашение от 16.11.93 г., по которому АООТ «Фосфорит» предоставило АО «Гарант» беспроцентный кратко-срочный заем на 2 месяца в размере 3 млн долл. США в рублевом экви¬валенте — 3 млрд 504 млн 600 тыс. руб., а АОЗТ «Гарант» обязалось вер¬нуть данный заем путем перечисления 3 млн долл. США на счет АООТ «Фосфорит». Договор сторонами был исполнен. Решением суда первой инстанции в иске было отказано. Данное решение было оставлено в силе судом апелляционной и кассационной инстанций. Отказывая в иске, суд мотивировал свое решение следующим. Сделка, заключенная между АООТ «Фосфорит» и АОЗТ «Гарант» дополнитель¬ным соглашением от 16.11.93 г., является недействительной. Подпункт «з» п. 1 разд. 3 Основных положений не может быть применен к рассматриваемому случаю как регулирующий получение и возврат коммерчес¬кого или банковского кредита в иностранной валюте между резидентами. По настоящему делу заем был предоставлен в рублях, а возвращен в дол¬ларах США. В соответствии с п. 1 ст. 4 Закона резиденты имеют право покупать иностранную валюту на внутреннем валютном рынке в порядке и на це¬ли, определяемые Центральным банком России. Порядок установлен п. 24 разд. 4 Инструкции Центрального банка России от 29.07.92 г. №7, согласно которой предприятия-резиденты имеют право покупать иност¬ранную валюту на внутреннем валютном рынке только для целей осу¬ществления текущих валютных операций. Данная валютная операция не может быть квалифицирована как текущая по п. 9 ст. 1 Закона, следо¬вательно, она относится к операциям, связанным сдвижением капитала и в соответствии с п. 2 ст. 6 и п. 4 разд. 2 Основных положений для ее осуществления требуется лицензия Центробанка России, которая ист¬цом не была получена. Кроме того, в разд. 3 Основных положений пере¬числены случаи, когда допускается использование иностранной валюты между юридическими лицами-резидентами. Ни указанный выше подп. «з», ни другие подпункты п. 1 разд. 3 не разрешают изменение валюты займа с российской на иностранную. Таким образом, на основании вышеизложенного суд пришел к выводу, что дополнительное соглашение от 16.11.93 г. было заключено с нару¬шением валютного законодательства. Данная сделка является недейст¬вительной (ничтожной) в соответствии со ст. 140 и 169ГКРФ. (Дело № А56-9535/97 Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленин¬градской области) 8. Расчеты в валюте между предприятиями-резидентами по рублевому контракту являются незаконными действиями ОАО «Беломорско-Онежское пароходство» (далее — ОАО «БОП») обратилось в суд с иском к Петрозаводскому отделению СЗРЦ о призна¬нии недействительным решения, которым истец был привлечен к ответст¬венности, предусмотренной подп. «б» п. 1 ст. 14 Закона, в виде взыскания всего полученного в результате незаконных действий. Обстоятельства дела следующие: ОАО «БОП» 07.04.95 г. заключило стандартный бербоут-чартерный договор с ТОО «Норд-Ост ЛТД», по которому истец сдавал в аренду ТОО судно «Сормовский-5» сроком на 6 месяцев. Согласно п. 24 данного договора способ оплаты — «рубли по курсу ЦБ РФ на день перечисления... на счет судовладельца» (ОАО «БОП»). С момента окончания оплаты судно считается выкупленным и переходит в собственность фрахтователя («ТОО «Норд-Ост ЛТД»). В качестве оплаты по данному договору по нескольким платежным документам ОАО «БОП» получило на свой счет в общей сложности 171 тыс. 860 долл. США. Вся сумма была учтена в бухгалтерском учете истца как арендная плата, поступившая от ТОО «Норд-Ост ЛТД» по бербоут-чартерному контракту от 07.04.95 г. Решением суда первой инстанции, оставленным в силе судом апелля¬ционной и кассационной инстанций, в иске было отказано. Расчеты между резидентами в иностранной валюте не отнесены п. 9 ст. 1 Закона к текущим валютным операциям, следовательно, данная валютная операция относится к валютным операциям, связанным с дви¬жением капитала, в соответствии с подп. «е» п. Юст. 1 Закона. Согласно п. 2 ст. 6 и п. 2 разд. 3 Основных положений о регулировании валютных операций на территории СССР от 24.05.91 г. для проведения валютных операций, связанных с движением капитала, требуется наличие лицен¬зии Центрального банка Российской Федерации. Такой лицензии истец не имел. Таким образом, не обладая специальным разрешением Цент¬рального банка Российской Федерации, истец не имел права принимать платежи в иностранной валюте и распоряжаться этими средствами. Наличие лицензии в ТОО «Норд-Ост ЛТД» в данном случае значения не имеет. Ссылка ОАО «БОП» на п. 2 подп. 4 разд. 1 письма Центробанка России от 24.02.95 г. № 12-86, в котором разъяснено, что разрешение ЦБ РФ требуется на проведение валютной операции при осуществлении расчетов между юридическими лицами-резидентами только платель¬щику, не принято во внимание судом. Данное письмо, во-первых, явля¬ется не инструктивным письмом Центробанка, а информационным, подписано начальником Главного управления валютного регулирования и валютного контроля ЦБ РФ для оказания практической помощи банкам и, во-вторых, противоречит письму Госбанка СССР от 24.05.91 г. №352, а также Закону Российской Федерации «О валютном регулиро¬вании и валютном контроле», в соответствии с которыми на проведение операций, связанных с движением капитала, требуется наличие раз¬решения ЦБ РФ. (Дело № 02-05/16 Арбитражного суда республики Карелия) 9. Оплата гостиничных услуг в валюте предприятием-резидентом другому предприятию-резиденту в соответствии с Законом РФ «О валютном регу¬лировании и валютном контроле» относится к незаконным действиям ООО «Интурианта» обратилось в суд с иском к СЗРЦ о признании недействительным решения ответчика о привлечении истца к ответст¬венности, предусмотренной подп. «б» п. 1 ст. 14 Закона в виде взыскания в доход государства всего полученного в результате незаконных действий По данному делу к ответственности было привлечено предприятие-резидент, осуществившее платеж в валюте другому предприятию-рези¬денту, а именно гостинице «Прибалтийская», за оказанные гостиничные услуги. Мотивировка аналогична вышеизложенной по предыдущему делу. Особенностью мотивировки по данному делу являлосьто, что взыс¬канию с истца, получившего по договору аренды услугу в виде права пользования помещениями, подлежит денежный эквивалент полу¬ченного в результате незаконных действий по оплате резиденту в инвалю¬те без лицензии в сумме, равной стоимости оказанных гостиничных услуг. (Дело № А56-13308/96 Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ле¬нинградской области) 10. Допускаются расчеты в валюте между экспортерами и транспортными организациями, если услуги этих организаций по доставке грузов вхо¬дят в цену товаров и оплачиваются иностранными покупателями Дирекция перевозок Вологодского отделения Северной железной дороги обратилась в суд с иском к СЗРЦ о признании недействительным решения. Между Дирекцией перевозок и АК «Вологдалеспром» был заключен договор №10 от 28.02.94 г., по условиям которого АК должна была отгружать, а Дирекция перевозок - производить перевозку грузов на экспорт, обеспечивая при этом подбор, подготовку и подачу вагонов для отгрузки экспортной продукции. За подбор и подготовку вагонов «Вологдалеспром» обязалась оплачивать Дирекции перевозок 1 долл. США за каждый отгруженный кубометр продукции. В своем решении СЗРЦ указал следующее: услуги по подбору, подго¬товке и подаче вагонов являются дополнительными услугами, их стои¬мость в размере 1 долл. США за 1 куб. м отгруженной продукции тари¬фами не предусмотрена, а является договорной коммерческой ценой. Поскольку данная валютная операция не отнесена Законом ктекущим валютным операциям, такая операция является валютной операцией, связанной с движением капитала, и требует наличия лицензии Цент¬рального банка России. Решением СЗРЦ истец был привлечен к ответст¬венности по подп. «б» п. 1 ст. 14 Закона в виде взыскания 203 тыс. 304 долл. США. Решением суда первой инстанции в иске было отказано. Суд моти¬вировал свое решение следующим. Услуги истца по подбору, подготовке и подаче вагонов для отгрузки экспортной продукции действительно включались в цену товара. Однако те же самые услуги, вне зависимости от наличия договора № 10 от 28.02.94 г. входят в круг обязательств железной дороги, как это предусмотрено ст. 37, 46 Устава железных дорог СССР, а поэтому утверждение истца о том, что доставка грузов на экспорт не могла быть осуществлена иначе, чем только при наличии упомянутого договора №10 и при обязательной оплате его услуг в валюте, не может быть принято во внимание. То есть имело место не получение истцом иностранной валюты за доставку груза (которая оплачивалась грузоотправителем отдельно по железнодорожному тарифу и уже включала в себя услуги по подбору, подготовке и подаче вагонов), а взимание иностранной валюты с грузо-перевозчика сверх сумм провозной платы. Соответственно, превы¬шающие провозную плату суммы иностранной валюты не могут расце¬ниваться как плата за доставку груза, хотя грузоотправитель и включил их в цену свой экспортной продукции, оплаченную иностранным покупателем. Отменяя решение суда первой инстанции и удовлетворяя исковые требования, кассационная коллегия указала наследующее. В соответст¬вии с подп. «а» п. 1 разд. 3 Основных положений использование иностранной валюты юридическими лицами-резидентами допускается в расчетах между экспортерами и транспортными организациями в случаях, когда услуги этих организаций по доставке грузов входят в цену товара и оплачиваются иностранными покупателями. Пункт 2 выше¬названных Основных положений предусматривает проведение иных расчетов в иностранной валюте только с разрешения ЦБ РФ. Услуги истца по подбору, подготовке и подаче вагонов для отгрузки экспортной продукции, включенные в цену товара и охваченные дого¬вором № 10 от 28.02.94 г., не могли быть осуществлены иначе, чем преду¬смотрено договором. Следовательно, отсюда можно сделать вывод о том, что данная валютная операция не требует наличия лицензии ЦБ РФ. Кроме того, СЗРЦ привлекает Дирекцию перевозок к ответствен¬ности по подп. «б» п. 1 ст. 14 Закона, в соответствии с которым резиденты несут ответственность в виде взыскания в доход государства необосно¬ванно приобретенного не по сделке, а в результате незаконных действий, что в данном случае суд кассационной инстанции считает неверным, поскольку валютная операция вытекает из сделки. Аналогичным образом решено дело о применении мер ответствен¬ности к плательщику валюты по тому же самому договору акционерной компании «Вологдалеспром». (Дело № А56-4755/97 Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленин¬градской области и дело № А56-11991/96 Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области по иску АК «Вологдалеспром» к СЗРЦ о признании недействительным решения) ОБЗОРЫ. РЕКОМЕНДАЦИИ. КОММЕНТАРИИ Обзор кассационной и надзорной практики Ленинградского областного суда: вопросы гражданского процесса Проверка законности и обоснованности принятых судом определе¬ний и решений по гражданским делам предполагает и оценку пра¬вильности применения норм процессуального права. Судьи и стороны по делу должны постоянно учитывать, что правильное применение про-цессуального права имеет существенное значение для разрешения спора. Нарушение норм процессуального права в некоторых случаях может отразиться и на применении норм материального права. Так, Консти¬туционный Суд Российской Федерации 23 июня 1995 г. принял постанов¬ление «По делу о проверке конституционности части первой и пункта 8 части второй статьи 60 Жилищного кодекса РСФСР в связи с запросом Муромского городского народного суда Владимирской области и жало¬бами граждан». Принятие постановления Конституционного Суда изме¬нило практику рассмотрения споров по искам граждан о признании утратившими право на площадь нанимателей и членов их семей по мотивам отсутствия на жилой площади свыше 6 месяцев без уважитель¬ных причин. После принятия Конституционным Судом указанного пос¬тановления ч. 1 ст.60 ЖК РСФСР не может применяться. Гатчинский городской суд 6 апреля 1995 г. вынес решение, которым удовлетворил иск о признании Данильченко С. А. утратившим право на жилую площадь. Дело рассмотрено судом в отсутствие ответчика и в деле отсутствуют сведения, что он был надлежаще извещен о времени судебного заседания. Суд этого обстоятельства во внимание не принял. Более того, спор разрешался судьей единолично, хотя согласие ответчика на единоличное рассмотрение дела отсутствовало. Решение обжало¬валось в надзорном порядке спустя два года, когда спорная квартира после смерти истца по наследству перешла другим лицам. Постанов-лением президиума Ленинградского областного суда в апреле 1997 г. решение суда отменено. При новом рассмотрении дела суд не мог применить положения ст.60 ЖК РСФСР и в иске о признании Данильченко С.А. утратившим право на жилую площадь отказано, что повлекло признание недействительным договора приватизации квартиры. Допущенные судом процессуальные нарушения, с которыми в судебном заседании согласилась сторона по делу, повлекли для этой стороны неблагоприятные последствия. Рассмотрение гражданского дела начинается с принятия заявления судьей. Ст. 129 ГПК РСФСР содержит исчерпывающий перечень осно¬ваний для отказа в принятии заявления. Это обстоятельство не всегда учитывается на практике, когда заявление возвращается истцу без опре-деления со ссылкой на его недостатки или на то, что заявление не под¬лежит рассмотрению в суде. Имеют место и случаи отказа в принятии заявления по тем мотивам, что необходимо представить дополни¬тельные документы. Так, судья Ломоносовского районного суда отказал в принятии заявления Ивановой Л.В. со ссылкой на необходимость обращения в нотариальную контору и представления вариантов опре¬деления порядка пользования жилым помещением, но не сослался, ка¬кими положениями ст. 129 ГПК РСФСР он руководствуется. Порядок устранения недостатков заявления определяется ст. 130 ГПК РСФСР, предусматривающей оставление заявления без движения с предложением стороне устранить имеющиеся недостатки и оплатить пошлину по делу. Судья Выборгского городского суда определением от 19 февраля 1998 г. возвратил Мишиной А.Я. ее исковое заявление о признании завещания недействительным по тем мотивам, что не вы¬полнены требования ст. 126 ГПК РСФСР и заявление составлено с про¬цессуальными нарушениями, по делу не оплачена государственная пош¬лина. Отменяя 14 апреля 1998 г. определение, коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда обоснованно указала, что суд руководствовался ст. 130 ГПК РСФСР и должен был оставить заявление без движения, а не возвращать его заявительнице. Последовательное выполнение требования закона об оставлении заявления без движения позволяет суду установить, к чему сводятся требо¬вания заявителя. Определение об оставлении заявления без движения не препятствует движению дела и если определение не решает вопросы государственной пошлины, то и не подлежит обжалованию в кассацион¬ном порядке. Вместе с тем это обстоятельство не препятствует обжало¬ванию определения в надзорном порядке, когда устраняются ошибки, допущенные судьей при оставлении заявления без движения. Прежде всего следует отметить тенденцию оставления заявления без движения по мотивам необходимости представления доказательств по делу и истребования необходимых документов, хотя ст. 126 ГПК РСФСР требует только указания на доказательства, а сбор доказательств может быть произведен стороной с помощью суда в процессе подготовки дела к судебному разбирательству. При принятии заявления по делу необходимо решить вопрос о под¬судности и подведомственности. Жуковец М.Ф. обратилась в Тосненский суде иском к Колупанову В.Н. и другим о признании права собст¬венности на квартиру и садовый дом в порядке наследования. Опре¬делением судьи в принятии заявления отказано по тем мотивам, что истица является жительницей республики Беларусь, хотя всилуст.433, 434' ГПК РСФСР иностранные граждане имеют право обращаться в суды Российской Федерации. Всеволожский городской суд отказал в принятии заявления Алтунина И. В. и РадинаГ.Н. по тем мотивам, что заявление направлено на защиту общественных интересов и заявители не вправе в суде оспаривать поста¬новления главы Администрации Колтушской волости о назначении вы¬боров в муниципальные органы власти и должностных лиц муниципаль¬ного образования. Вместе с тем заявители проживают на территории волости и им гарантируется ст. 46 Конституции РФ судебная защита прав и свобод, связанных с местным самоуправлением. Определение отменено при рассмотрении надзорных жалоб заявителей. Бокситогорский городской суд 22 октября 1997 г. отказал в принятии заявления Сайткуловых об отмене удочерения по тем мотивам, что зая¬вителям необходимо обратиться по месту нахождения детского дома. При этом не учтено, что в соответствии с п.20 Постановления № 9 Пле-нума Верховного Суда РФ от 4 июля 1997 г. «О применении судами за¬конодательства при рассмотрении дел об установлении усыновления», если требование об отмене усыновления заявлено усыновителями, над¬лежащим ответчиком по делу является усыновленный ребенок. Из заяв¬ления следует, что несовершеннолетняя Сайткулова М. проживает пос¬тоянно в Бокситогорском районе и, следовательно, в силу ст. 117 ГПК РСФСР дело подсудно Бокситогорскому городскому суду. Постанов¬лением Президиума Ленинградского областного суда определение об отказе в принятии заявления отменено. Ошибки, допускаемые при принятии заявлений, влекут отмену реше¬ний суда. Ломоносовский районный суд рассмотрел по существу с вын¬есением решения дело по иску Комитета по управлению муници¬пальным имуществом Ломоносовского района к Моисеенко И.В. -предпринимателю без образования юридического лица о взыскании платы по договору аренды на нежилое помещение, в то время как в соот¬ветствии с требованиями ст.22 АПК РФ дело подлежало рассмотрению арбитражным судом. Определением коллегии по гражданским делам от 14 мая 1998 г, решение суда отменено с прекращением производства по делу Статья 308 ГПК РСФСР устанавливает, что нарушение или непра¬вильное применение норм процессуального права является основанием к отмене решения лишь при условии, если это нарушение привело или могло привести к неправильному разрешению спора. Следует выделить несколько процессуальных нарушений, которые наиболее распростра¬нены и становятся самостоятельным основанием для отмены решений суда. Прежде всего это невыполнение требований ст. 106,109,157 ГПК РСФСР о надлежащем извещении участников процесса о времени разби¬рательства дела, когда спор разрешается в отсутствие одной или обеих сторон по делу. Так, Всеволожский суд 16 июня 1997 г. вынес решение о расторжении брака Федоровых, в то время как Федоров, ответчик по делу, в судебное заседание не явился и сведения о его надлежащем изве¬щении в деле отсутствовали. В надзорной жалобе он утверждал, что не знал о рассмотрении дела судом. Допущенное процессуальное нару¬шение повлекло отмену решения суда в надзорном порядке. Ошибки в применении и нарушении требований ст.6 и ИЗ ГПК РСФСР, устанавливающих круг дел, которые могут быть рассмотрены судьей единолично без согласия лиц, участвующих в деле, или едино¬лично только при согласии лиц, участвующих в деле, приводят к рассмот¬рению дела ненадлежащим составом суда, что влечет отмену решений. Комитет общего и профессионального образования Бокситогорского района обратился в суд с иском к Меймат ТА. и Меймат В. М. о лишении родительских прав и взыскании алиментов. Бокситогорский городской суд 17 июня 1997 г. вынес заочное решение, которым требования удов¬летворил. Дело рассмотрено судьей единолично. Вместе с тем в силу ст. 6 и 113 ГПК РСФСР дела, возникающие из семейных правоотношений, рассматриваются судьей единолично за исключением дел о лишении родительских прав. Поэтому спор мог быть разрешен судьей единолично только при наличии согласия сторон на такое рассмотрение дела. Мей¬мат В.М. находится в местах лишения свободы и согласие на единолич¬ное рассмотрение дела судьей получено не было. Это обстоятельство под¬лежит учету в первую очередь при вынесении судом заочных решений. Одним из оснований для отмены определений и решений суда явля¬ется отсутствие протокола судебного заседания. Такие процессуальные нарушения допускаются при постановлении судом определений о приостановлении производства по делу, продлении процессуальных сроков и других процессуальных действий, которые должны совершаться в судебном заседании. Так, Выборгский городской суд приостановил производство по делу по иску Администрации муниципального обра¬зования «Выборгский район» о расторжении договора аренды. Опреде¬лением Судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского област¬ях ного суда от 5 марта 1998 г. определение суда отменено с указанием на отсутствие в деле протокола судебного заседания и нарушение требова¬ний ст. 144 ГПК РСФСР о разбирательстве дела в судебном заседании. При этом коллегия обоснованно сослалась на п. 8 ст. 308 ГПК РСФСР, предусматривающий отмену решения при отсутствии протокола судеб¬ного заседания. Изучение дел, поступающих в областной суд по кассационным и над¬зорным жалобам, показывает, что нарушение требований процессуаль¬ного закона нередко является результатом невозможности получить корешок повестки с подписью извещаемого лица при направлении по¬вестки почтой и необходимости разрешения такого дела в установ¬ленные законом сроки, когда требования ст. 99 ГПК РСФСР вступают в противоречие с реальным техническим обеспечением работы суда. Существенным условием для правильного применения процессуаль¬ного закона является отношение лиц, участвующих в деле, к суду. Закон предполагает, что такое отношение основывается на уважении к суду. Вместе с тем, стремясь достигнуть своих целей по защите интересов, которые не всегда могут совпадать с требованиями закона, стороны в кассационных жалобах прибегают к приемам, которые выражают неува¬жение к суду. Хотя отвод судье в судебном заседании не заявляется, в жа¬лобах появляются заявления, что судья совершил преступление в отно¬шении стороны и необходимо возбудить уголовное дело. В деле отсутст¬вуют заявления о подложности каких-то документов, но в жалобах ука¬зывается, что судья фальсифицировал дело. Такие указания в жалобах противоречат требованиям ст.286 ГПК РСФСР о содержании касса¬ционной жалобы, и у суда имеются основания применительно к положе¬ниям ст. 288 ГПК РСФСР оставить жалобу без движения, предложив представить жалобу с надлежащим текстом. Использование такого по¬рядка позволяет избежать затруднений при применении ст. 165' Кодекса об административных правонарушениях об ответственности за неува¬жение к суду, поскольку эта норма помещена в административный кодекс и ее применение требует соблюдения процедуры, предусмотренной административным законодательством, либо рассмотрения дела в су¬дебном заседании, если ст. 165' КОАП РФ применяется судом в процессе рассмотрения дела по нормам процессуального права. Кроме того, оставление жалобы без движения не препятствует движению дела и нап¬равлению этой жалобы при наличии признаков совершения преступ¬ления, предусмотренного ст.297 УК РФ. В. И. Телятников, заместитель председателя Ленинградского областного суда Обзор практики рассмотрения кассационной инстанцией Ле¬нинградского областного суда решений судов первой инстанции по спорам, возникающим из трудовых правоотношений Предметом изучения и обобщения послужили гражданские дела по спорам возникающим из трудовых правоотношений, рассмотренные судами Ленинградской области в последнем квартале 1997 г., и касса¬ционная практика Ленинградского областного суда. Проведенное обобщение показало, что в основном суды выносят гра¬мотные и обоснованные решения, правильно оценивают собранные до¬казательства по делу. Однако необходимо отметить и наиболее часто встречающиеся недос¬татки при разрешении судами трудовых споров. I. Неправильное определение судом юридически значимых обстоя¬тельств привело к отмене решения 1. Павлов обратился в Киришский городской суде иском к Кириш-скому муниципальному учреждению «Комбинат ритуальных услуг» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и возмещении морального вреда. В обоснование иска Павлов указал, что работал у ответчика в качестве водителя с 11.08.97 г., приказом № 17 от 23.03.98 г. был уволен по п. 3 ст. 33 КЗоТ РФ за систематическое неисполнение должностных обязанностей. 10.04.98 г. решением Киришского городского суда в иске Павлову было отказано. Определением Судебной коллегии по гражданским делам Ленин¬градского областного суда решение суда отменено. В определении Судебной коллегии правильно указано, что при рас¬смотрении спора об увольнении по п. 3 ст. 33 КЗоТ РФ (систематическое неисполнение работником без уважительных причин обязанностей, возложенных на него трудовым договором (контрактом) или правилами внутреннего трудового распорядка, если к работнику ранее применялись меры дисциплинарного или общественного взыскания) суду надлежало проверить правильность наложения всех дисциплинарных взысканий, которыми администрация обосновала приказ об увольнении, незави¬симо оттого, заявлялись ли истцом требования о признании их необос¬нованными.1 Кроме того, в основу решения суда первой инстанции необоснованно были положены акты о нарушениях, совершенных истцом, поскольку некоторые из актов не имели даты составления. Также не были проверены судом доводы истца о том, что он не был ознакомлен с приказами о наложении на него дисциплинарных взысканий. Исходя из вышеизложенного, Судебная коллегия правомерно отме¬нила решение суда первой инстанции как постановленное по недока¬занным обстоятельствам, имеющим значение для дела. 2. Прошкин обратился с иском к Подпорожскому унитарному транспортному предприятию «Автогарант» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула. В исковом заявлении Прошкин указал, что работал с 12.09.96 г. до 01.10.97 г. водителем в АООТ «Подпорожское АТП». 01.10.97 г. уволился по переводу из АООТ «Подпорожское» в МУТП «Автогарант». 17.10.97 г. был уволен с работы и ознакомлен с трудовым соглашением от 01.10.97 г. о том, что он принят на работу в качестве водителя автобуса на срок 16 дней. Решением Подпорожского городского суда от 11.02.98 г. Прошкину отказано в иске. В решении об отказе в иске суд первой инстанции указал на то, что увольнение Прошкина по переводу из АООТ «Подпорожское» в МУТП «Автогарант» не основано на законе, поскольку не было выполнено условие перевода — передача автобусов, в связи с чем суд не принял доводов истца о том, что он был принят на постоянную работу в МУТП «Автогарант». Определением Судебной коллегии по гражданским делам Ленин¬градского областного суда от 07.04.98 г. решение отменено и дело направ¬лено на новое рассмотрение. В своем определении Судебная коллегия правомерно указала, что при рассмотрении дела суд первой инстанции не дал надлежащей оцен¬ки обстоятельствам, имеющим существенное значение для дела. В соответствии со ст. 18 КЗоТ РФ фактическое допущение к работе считается заключением трудового договора независимо оттого, был ли этот прием надлежащим образом оформлен. Кроме того, работнику, приглашенному на работу в порядке перевода на другое предприятие по согласованию между руководителями, не может быть отказано в заключении трудового договора. Судом не была дана оценка тем обстоятельствам, что из материалов дела усматривалось наличие договоренности о переводе истца между директорами предприятий АООТ «Подпорожское Автотранспортное предприятие» и МУТП «Автогарант», в судебном заседании представителем ответчика не оспаривался тот факт, что истец просил принять его на работу постоянно. Кроме того, неправомерна ссылка суда на невы¬полнение условий перевода истца, поскольку прием на работу под усло¬вием не предусмотрен законодательством. Таким образом, Судебная коллегия правомерно признала решение суда первой инстанции незаконным и необоснованным и отменила его. 3. Кротов обратился в Волосовский районный суд с иском к Госу¬дарственному предприятию Волосовского ДРСУ о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, возмещении морального вреда. В исковом заявлении Кротов указал, что был уволен с работы по п. 4 ст. 33 КЗоТ РФ за прогул, совершенный 18.08.97 г. Однако 18.08.97 г. Кротов отсутствовал на работе по уважительной причине. Решением Волосовского районного суда от 30.12.97 г. Кротову отка¬зано в иске. В обоснование принятого решения суд указал, что истцом не пред¬ставлены доказательства, позволяющие установить уважительность при¬чины отсутствия истца на рабочем месте более трех часов. Судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда правомерно отменила решение суда первой инстанции и направила дело на новое рассмотрение. По делам о восстановлении на работе лиц, уволенных по инициативе администрации, бремя доказывания наличия законного основания для увольнения и соблюдения установленного порядка увольнения лежит на ответчике.2 Таким образом, вывод суда, что истцом не представлены доказа¬тельства того, что он в течение рабочего дня 18.08.97 г. находился на ра¬боте, занимаясь ремонтом автомашины, является ошибочным. Данный факт подтверждается еще и тем, что в судебном заседании факт поломки автомашины был установлен, а представителем ответчика не было пред¬ставлено никаких доказательств того, какое время необходимо для устра¬нения поломки автомашины. Учитывая изложенное, следует прийти к выводу, что суд не дал над¬лежащей оценки всем собранным по делу доказательствам, в связи с чем решение суда нельзя признать законным и обоснованным и оно пра¬вильно отменено. II. При определении размера компенсации морального вреда суд не ука¬зал, какие обстоятельства были приняты им во внимание, что послу¬жило основанием для изменения правильно постановленного реше¬ния в части взыскания компенсации морального вреда I. Кузнецов обратился в Волховский городской суд с иском к АООТ Агросервисная компания «Колчаново» о восстановлении на работе, взыс¬кании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда в размере 20 млн (неденоминированных) руб. В исковом заявлении Истец указал, что был уволен из АООТ Агро¬сервисная компания «Колчаново» по п. 1 ст. 33 КЗоТ РФ (сокращение штата). Однако фактически основанием к увольнению послужили не¬приязненные отношения к нему со стороны директора общества. Кроме того, при его увольнении не было соблюдено трудовое законодательство РФ. Решением Волховского городского суда иск был удовлетворен — истец восстановлен на работе в прежней должности и в его пользу взыскана заработная плата за время вынужденного прогула и компенсация мо¬рального вреда в сумме 10 млн (неденоминированных) руб. Определением Ленинградского областного суда от 31.03.98 г. решение суда изменено в части размера компенсации морального вреда, он был снижен до 500 (деноминированных) руб. В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случае, когда вина является основанием причинения вреда. При определении размера компенсации вреда долж¬ны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен мораль¬ный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Определяя размер компенсации морального вреда, суд принял во вни¬мание, что незаконным увольнением ущемлен авторитет и деловая репу¬тация Кузнецова. Кроме того, незаконное увольнение сказалось на его здоровье, что подтверждается больничными листами. Однако указанным обстоятельствам суд дал неправильную оценку. Как следует из материалов дела, на больничных листах Кузнецов находился до периода увольнения, следовательно, сам факт незаконного увольнения не мог повлиять на состояние здоровья Кузнецова. Кроме того, увольнение по п. 1 ст. 33 КЗоТ РФ не является увольнением по порочащим основаниям, следовательно, не может в значительной степени ущемить авторитет и деловую репутацию работника. Таким образом, Судебная коллегия по фажданским делам Ленин¬градского городского суда правомерно изменила решение суда в части размера компенсации морального вреда. 2. Кравцова обратилась в Приозерский городской суд Ленинградской области с иском к АОЗТ «Первомайское» о возмещении морального вре¬да, причиненного незаконным увольнением. 08.10.97 г. исковые требования Кравцовой были удовлетворены и в ее пользу взыскана компенсация морального вреда в размере 10 млн (неде¬номинированных) руб. Определением Ленинградского областного суда от 09.04.98 г. решение суда изменено в части размера компенсации морального вреда и сумма снижена до 1 млн (неденоминированных) руб. Судебная коллегия указала, что взысканная решением Приозерского суда сумма компенсации морального вреда необоснованно завышена. Никаких оснований для взыскания такой высокой суммы судом в реше¬нии указано не было. Кроме того, суд не учел материальное положение ответчика, на мо¬мент рассмотрения дела являвшегося неплатежеспособным. Таким образом, Ленинградский областной суд правомерно снизил сумму компенсации морального вреда. 3. Крупное обратился с иском в Бокситогорский городской суд Ленинградской области к Бокситогорскому районному узлу федеральной поч¬товой связи с иском о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда. Решением Бокситогорского городского суда от 29.12.97 г. Крупное восстановлен на работе в прежней должности, в его пользу взыскана за¬работная плата за время вынужденного прогула и компенсация мораль¬ного вреда в сумме 2 млн (неденоминированных) руб. Определением Ленинградского областного суда от 07.04.98 г. решение Бокситогорского городского суда отменено по следующим основаниям. В нарушение ст. 151 и 1101 ГК РФ суд первой инстанции при рассмот¬рении вопроса о размере компенсации морального вреда не указал, какие обстоятельства были приняты им во внимание и в чем конкретно выражаются причиненные Крупнову физические или нравственные страдания. Размер компенсации морального вреда определен судом без указания мотивов. Таким образом, решение суда о взыскании в пользу Крупнова компен¬сации морального вреда в размере 2 млн (неденоминированных) руб. не может быть признано правомерным. III. Судом не произведена оценка всех представленных доказательств по делу, в связи с чем принято неверное решение Ложкин обратился в Приозерский городской суд Ленинградской области с иском к муниципальному предприятию «Приозерскжилком-хоз» об изменении формулировки увольнения и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула. 06.08.96 г. Ложкин был уволен с работы по п. 7 ст. 33 КЗоТ РФ (появ¬ление на работе в нетрезвом состоянии). Решением Приозерского городского суда Ленинградской области от 17.07.97 г. иск был удовлетворен на том основании, что МП «Приозерск-жилкомхоз» не выдал истцу направление на прохождение освидетельст¬вования на предмет алкогольного опьянения, а акты и свидетельские по-казания о состоянии опьянения истца лишены доказательственной силы. Определением Ленинградского областного суда от 03.03.98 г. решение суда отменено как незаконное. В своем определении Судебная коллегия указала, что не трезвое состоя¬ние работника может быть подтверждено как медицинским заклю¬чением, так и другими видами доказательств.1 Таким образом, ссылка суда первой инстанции на то, что акты и сви¬детельские показания лишены доказательственной силы, не основана на законе. Кроме того, несостоятелен и довод суда о том, что администрация обязана выдать работнику направление на освидетельствование на предмет алкогольного опьянения. При таких обстоятельствах суду надлежало оценить все представ¬ленные доказательства в совокупности и принять решение в соответст¬вии с действующим законодательством. С. В. Гребнева, аспирантка кафедры трудового права СПбГУ А. В. Завгородний, аспирант кафедры трудового права СПбГУ, нач. отдела кадров СПбГУ Обзор практики применения судами законодательства, регла¬ментирующего направление уголовных дел для дополнитель¬ного расследования Правильное применение судами законодательства, регламенти¬рующего основания и порядок направления уголовных дел для допол¬нительного расследования, является важным средством восполнения неполноты дознания и предварительного следствия, устранения нару¬шений закона, установления истины по делу в целях справедливого его разрешения, охраны прав и законных интересов граждан. Судебной коллегией по уголовным делам Санкт-Петербургского го¬родского суда в 1997 г. рассмотрено 184 частных протеста на определения (постановления) судов о направлении дел для дополнительного рас¬следования. Удовлетворено 119 частных протестов, отклонено 55 частных протестов. Эффективность частного опротестования составила 67,4 %. В отноше¬нии 35 лиц протесты на определения (постановления) судов о направ¬лении дел для дополнительного расследования удовлетворены в порядке надзора. Высокая эффективность частного опротестования достигнута проку¬ратурами Приморского и Калининского районов. Недостатки в организации работы по опротестованию в кассационном порядке определений (постановлений) суда о направлении дел для до¬полнительного расследования имеются в работе прокуратур Адмирал¬тейского, Кировского, Невского, Центрального районов. Обобщение показало, что ошибки и недостатки дознания и пред¬варительного следствия, повлекшие направление дел для дополни¬тельного расследования, имеют распространенный характер. В то же время суды не во всех случаях выполняют требования закона, регламентирующего порядок и основания направления дел для допол¬нительного расследования. В обзоре приводятся наиболее характерные ошибки, допускаемые предварительным следствием и судом при решении вопроса о направ¬лении дел для дополнительного расследования. 1. Нарушение прав законного представителя несовершеннолетнего обвиняемого явилось основанием направления дела для дополни¬тельного расследования Судьей Санкт-Петербургского городского суда было вынесено поста¬новление о направлении для дополнительного расследования уголов¬ного дела по обвинению Плиговапоч. 2 ст. 318 УК РФ. В соответствии со ст. 221—232 УПК РСФСР судья возвратил дело для дополнительного расследования в связи с существенным нарушением органами следствия норм уголовно-процессуального закона. Как видно из материалов дела, органами следствия в нарушение требований ст. 58 УПК РСФСР не были разъяснены права законному представителю несовершеннолетнего обвиняемого, предусмотренные ст. 398 УПК РСФСР, а именно: право ходатайствовать о допуске к делу с момента объявления об окончании предварительного следствия и предъявления материалов дела для ознакомления. Более того, законный представитель не был извещен об окончании предварительного следствия. Органы следствия, таким образом, существенно нарушили право одного из участвующих в деле лиц — законного представителя несовер¬шеннолетнего обвиняемого. Если бы он пожелал реализовать права, то это невозможно было бы сделать в ходе судебного разбирательства. Судья городского суда обоснованно расценил допущенное органами предварительного следствия нарушение требований уголовно-процес¬суального закона как существенное и влекущее возвращение дела на дополнительное расследование. 2. Нарушение права обвиняемого на участие в предварительном рас¬следовании адвоката по его выбору является существенным нару¬шением уголовно-процессуального закона и влечет за собой направ¬ление дела для дополнительного расследования 1) Приговором Колпинского районного суда Байков был осужден по ч. 2 ст. 147 УК РСФСР. Судебной коллегией по уголовным делам Санкт-Петербургского го¬родского суда приговор отменен, а дело направлено для дополнитель¬ного расследования. В соответствии со ст. 48 УПК РСФСР обвиняемый вправе пригласить защитника по своему выбору. При этом лишь в случае, когда участие избранного защитника невоз¬можно в течение длительного срока, следователь вправе предложить обвиняемому пригласить другого защитника или назначить обвиня¬емому защитника через коллегию адвокатов. Как видно из материалов дела, защиту интересов Байкова на пред¬варительном следствии осуществлял адвокат Малыхин. При предъявлении обвинения адвокат три дня не являлся по вызову следователя и потому, несмотря на возражения Байкова, обвинение ему было предъявлено при участии другого адвоката. Адвокатом представлена справка о болезни именно в эти три дня. Таким образом, следователь не вправе был признавать срок отсутствия адвоката длительным и заменять его. 2) Определением Судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петер¬бургского городского суда отклонен частный протест прокурора на поста¬новление судьи Красногвардейского районного суда о направлении на дополнительное расследование дела в отношении Парамонова по ч. 2 ст. 144, п. «а», «в» ч. 2 ст. 146, ч. 3 ст. 208, ч. 3 ст. 224, ст. 15, ч. 2 ст. 144 УК РСФСР. На предварительном следствии обвиняемый был лишен возможности выбрать адвоката по своему усмотрению. По делу было заключено соглашение на защиту Парамонова с конкретным адвокатом. К участию в деле этот адвокат допущен не был, хотя при выполнении требований ст. 201 УПК РСФСР Парамонов спрашивал, где находится адвокат, с которым заключили соглашение его родственники. Суд обоснованно пришел к выводу о нарушении требований ст. 49 УПК РСФСР и направил дело для производства дополнительного расследования. 5. В определении (постановлении) о направлении дела для дополни¬тельного расследования должно быть указано, какие конкретно на¬рушения органами допущены, в чем конкретно выразилась неполнота предварительного следствия или нарушение закона 1) Возвращая на дополнительное расследование дело по обвинению Миронова по ст. 103 УК РСФСР, Калининский районный суд указал, что остались не установленными способ совершения преступления, ору¬дие его совершения, мотив преступления, а главное — виновность Ми¬ронова в совершении убийства. При этом в определении указывается на отсутствие достаточных доказательств для принятия решения по существу, но не конкретизируется, какие обстоятельства должны быть выяснены. Это определение суда по частному протесту прокурора отменено. Согласно ст. 232 УПК РСФСР суд обязан указывать в определении, по какому основанию дело возвращается на дополнительное рассле¬дование и какие обстоятельства должны быть выяснены. Суд, не исследовав доказательств, пришел к необоснованному выводу о неполноте предварительного следствия, которая не может быть воспол¬нена в судебном заседании. 2) Определением Судебной коллегии по уголовным делам Санкт- Петербургского городского суда по частному протесту прокурора отме¬нено определение Василеостровского районного суда в отношении Орлова, обвиняемого по ч. 2 ст. 144 УК РСФСР. Возвращая дело на дополнительное расследование, суд указал, что имеются противоречия в показаниях подсудимого, потерпевшего, сви¬детелей, что необходимо установить очевидцев преступления, проверить версию Орлова о том, что в день преступления он находился на работе. Отменяя определение, Судебная коллегия указала, что суд первой инстанции сделал вывод о неполноте предварительного расследования необоснованно. В судебном заседании не были допрошены свидетели, показания которых имеют значение для правильного разрешения дела. Что же касается противоречий в показаниях свидетелей и подсудимого, то суду следовало выяснить их причину и дать им надлежащую оценку. 3) Постановлением Кировского районного суда дело в отношении Пестрикова, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотрен¬ных ч. 1ст. 105 и п. «в»,«г»ч. 2 ст. 158 УК РФ, возвращено прокурору для производствадополнительного расследования в связи с наличием осно-ваний для изменения обвинения на более тяжкое и существенным нару¬шением органами предварительного расследования уголовно-процес¬суального закона. В кассационном порядке постановление не опротестовывалось. Направляя дело на дополнительное расследование, суд пришел к выводу, что в действиях Пестрикова содержатся признаки преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, т. е. умышленного убийства потерпевшей, находившейся в беспомощном состоянии, а также усмот¬рел грубое нарушение уголовно-процессуального закона, выразившееся в приобщении сообщения гражданского истца об отказе в предъявлении гражданского иска по делу после выполнения требований ст. 201 УПК РСФСР В протесте в порядке надзора прокурора Санкт-Петербурга поставлен вопрос об отмене постановления судьи и направлении дела в суд для рассмотрения. Президиум Санкт-Петербургского городского суда, отменяя поста¬новление судьи, указал, что суд, направляя дело на дополнительное рас¬следование, не допросил подсудимого и свидетелей в судебном заседа¬нии, не исследовал других доказательств и пришел к необоснованному выводу о наличии оснований для предъявления Пестрикову более тяж¬кого обвинения. Не был исследован вопрос о приобщении к материалам уголовного дела сообщения АО «Ломбард» об отказе предъявить гражданский иск. Предъявлялся ли указанный документ при выполнении ст.201 УПК РСФСР, с достоверностью не выяснено. Анализ кассационной и надзорной практики применения законо¬дательства, регламентирующего направление дел для дополнительного расследования, показывает, что прокурорам районов необходимо при¬нять меры к своевременному выявлению и устранению ошибок и нару¬шений закона, допускаемых в стадии предварительного следствия, и опротестованию незаконных и необоснованных определений (постанов¬лений) судов в кассационном порядке.